Его зовут Владимир Горский. Он сотрудник НКВД. После ряда жизненных перипетий, Владимир прибывает к новому месту службы в пограничный Брест. В июне 1941 года по приказу командования Горский отправлен в командировку на пограничную заставу. Помимо основного задания, ему придётся выполнить специальное задание на приграничной территории бывшей Польши. Утром 22 июня 1941 года пограничные наряды заставы обнаружив,что части Вермахта начали переправу через Буг вступают с ними в неравный бой. Ценой своих жизней пограничники пытаются остановить вражескую лавину, устремившуюся на родную землю. Вместе со всеми главный герой обороняет заставу. Содержит нецензурную брань.
Авторы: Самборский Вадим Леонтьевич
и отец родной в одном лице, чтобы всем всегда всего хватало, и никто из бойцов не был обижен или чем-то обделён!
Неделю живут, на жаре пропотели и поизносились, белья на них не напасёшься! А с другой стороны, ежели не переодеть их в чистое, то на весь отряд пойдёт звон, что старшина на пятёрке большой жлоб и совсем не уважает гостей! после своего обычного ворчания, Максаков обращается к каптёру с вопросом: Кожовников, а ты не забыл приготовить бельё, полотенца и портянки для троих артиллеристов? Надо их уважить, особенно сержанта. Мастак! Сегодня на стрельбище он для всех целый цирк устроил.
После бани всех ждал холодный компот, который повара специально варили к банному дню в неограниченном количестве.
Несколько баков с холодным сладким напитком, приготовленным из сухофруктов или свежих фруктов, ответственные за баню дежурные всегда приносят из кухни и ставят в предбаннике на стол. Черпак и кружки приносят отдельно. После бани выпить одну-другую кружечку холодного компота, это ли не солдатское счастье во все времена! Кто носил форму, тот оценит!
Тут же на улице сидя на широких досках скамеек, бойцы, одетые во всё чистое, подшивают свежие подворотнички, курят, читают письма из дома, рассказывают последние новости или просто шутят и хохмят.
А ещё по субботам слушают пластинки, накрутив пружину принесённого из красного уголка патефона, поют песни под гитару или под простую деревенскую гармошку. Особенно мастерски исполняют песни дуэтом два друга-пулемётчика Коля Адарченко и Жора Палов…
Пока ходил на стрельбище, мои «подчинённые» закончили разбираться со своими делами, собрали не хитрый солдатский скарб и ждали когда приедет на заставу машина из отряда, на которой они должны были уехать в Брест. Идти мыться в баню ни Цимбалюк, ни Петров не собирались, мотивируя свое решение тем, что лучше побыстрее и без задержек уехать в свой полк, чтобы в воскресенье «выбить» себе увольнительные на весь день в город. Игорь так прямо мне и сказал:
Володя, не знаю, як ты, а мы с непривычки за недилю зовсим одичали, хоть и булы вси дни в поли, та в лиси. Хочется вже вернуться в полк, та друзив побачиты. В недилю в мистьковом парке мают буты танци и дивчата гарни прыйдут до танцплощадки. Я трохи пыва ще хочу выпить! при словах о девчатах и о пиве глаза ефрейтора закрываются, на лице блуждает мечтательная улыбка. Игорь, как заправский артист, выдерживает почти минутную паузу, затем приводит ещё аргументы: А Петров, вин же дуже вумный, без библиотеки и книг нияк не може, хотя ещё и должен думать об изучении воинских уставов и наставлений… Так, что мы хотим быстрее, отсюда уехать.
А как же баня? только и могу сказать им. Погранцы говорят, что у них парилка очень даже очень! С вениками и паром!
Вечером в душе помоемся — у нас в дивизионе есть своя помывочная, ще писля ляхив залышилась. Кран видкрив и кипяток льеться…
Но, помня наш разговор суточной давности, Цымбалюк и Петров приготовили приборы для замеров расстояний и ждали возвращения со стрельбища капитана Гринченко и пулемётчиков. После обеда Гринченко заглянул в наш класс, переступив порог и закрыв за собой дверь начал говорить:
Да у вас здесь прямо номер люкс! Я бы сам не отказался пожить тут, а не в деревенском доме, в комнате с клопами. И на службу ходить не далеко? Я правильно говорю, а, товарищ сержант?
Так точно, товарищ капитан! Не жалуемся! Приняли и разместили на уровне! принимаю стойку смирно и бодро отвечаю строгому командиру. У всех троих руки сами тянутся поправлять поясные ремни и разгонять складки на форме.
Чего вскочили как плацу? Занимайтесь, чем занимались… разрешает расслабиться капитан и тут же напоминает о давешнем разговоре. О моей просьбе не забыли?»
Никак нет, не забыли! кратко отвечаю и сразу поясняю: Приборы приготовлены. Ждем только отмашку! Но ваши бойцы должны ещё приготовить колышки для фиксации положения ствола пулемёта.
Пулемётчики уже ячейку отрыли, заканчивают её маскировать и доделывают мелочи. Так что через тридцать минут прошу подойти к нам, объявляет капитан и уходит из нашего кубрика.
Цымбалюк остался на хозяйстве, а мы вместе с Петровым подошли к позиции пулемётчиков. Под наблюдением капитана Сергей стал делать необходимые вычисления и замеры расстояний для стрельбы с закрытой позиции. Меня припахали вместе с самодельным репером стоять на поле, на опушке и даже среди деревьев леска. Сначала на расстоянии 25 метров от ячейки устанавливаю несколько вех. Ту вешку, что воткнул по центру, устанавливаю так, чтобы она была хорошо заметна из ячейки, остальные слева и справа, также устанавливаю и другие вехи — в общем, сделал всё необходимое, чтобы можно было вести огонь на расстоянии
