Его зовут Владимир Горский. Он сотрудник НКВД. После ряда жизненных перипетий, Владимир прибывает к новому месту службы в пограничный Брест. В июне 1941 года по приказу командования Горский отправлен в командировку на пограничную заставу. Помимо основного задания, ему придётся выполнить специальное задание на приграничной территории бывшей Польши. Утром 22 июня 1941 года пограничные наряды заставы обнаружив,что части Вермахта начали переправу через Буг вступают с ними в неравный бой. Ценой своих жизней пограничники пытаются остановить вражескую лавину, устремившуюся на родную землю. Вместе со всеми главный герой обороняет заставу. Содержит нецензурную брань.
Авторы: Самборский Вадим Леонтьевич
Водитель и младший сержант, старший машины, откровенно воротили свои обветренные носы от нас, пассажиров, не принадлежащих к их строгому ведомству, зачем-то навязанных отрядным начальством. Парни с явным недоверием откровенно косились на наши зачехлённые приборы, которые мы всегда держали при себе.
Сидят там, в кузове, на наших мешках с бельём и своими сапожинами их чернят, ворчит водитель, глядя на дорогу. А ещё я вижу, что они что-то жуют. Наверняка НЗу свою вскрыли, и теперь пока начальство не видит, её наябывают, так что за ушами трещит! Я всё вижу…
Брось ты Коля, ерунду городить… осаживает товарища младший сержант, мимолётно глянув на свои наручные часы, потом добавил: Их, наверное, в Отряде не покормили, а боец должен быть, что… всегда накормлен и сыт!
Мне в зеркало заднего вида отлично видно, что они не голодны. О, за борт, что-то покидали, продолжил «докладывать» глазастый водитель.
Несмотря на открытые окна в кабине было жарко, и сидящим внутри очень хотелось пить, но ещё больше обоим пограничниками хотелось покурить. Но курить в машине по специальной инструкции строго запрещено. Эти обстоятельства тоже повлияли на кратковременную остановку на середине пути. Наряду с тюками с бельём машина везла в комендатуру коробки с фильмами, книги, плакаты, свежие журналы и газеты. Политработники из отдела агитации и пропаганды отряда дело своё знали и старались комендатуры и заставы по максимуму обеспечить литературой и наглядной агитацией. На 23 июня командованием отряда было назначено проведение спортивного слёта для представителей всех подразделений границы.
Во время остановки выяснилось, что все трое «пассажиров» оказались совершенно не курящими. Водила, заглянувший в кузов, вытирая рукой со лба пот, спросил, обращаясь сразу ко всем трём пушкарям:
А скажите мне, о славные боги войны, вы куревом богаты? Если да, то может быть, кто-нибудь из гостей авто снизойдёт и угостит возницу сей славной колесницы одной или двумя папиросками или, на худой конец, кто-то из вас выделит мне кусочек газеты и несколько щепоток табачку или просто сыпанёт немного махорочки?
Видимо боец совсем недавно осилил гомеровскую «Иллиаду» и некоторые слова из поэмы прочно вошли в его лексикон. Парень из сибирской глубинки, служащий на границе уже третий год, к месту и не к месту щеголял словами, показывая, что он достаточно образован. Мы посмотрели на парня с явным разочарованием на лицах, затем я, на правах старшего команды, ответил за всех:
Мы были бы рады помочь, но… мы совершенно не курим и водителю колесницы тоже категорически не советуем… а советуем побольше своего внимания уделять обслуживанию вверенной техники, а то можно запросто запороть несчастный движок, причём, судя по его надрывному звучанию, произойти это может в самое ближайшее время, затем добавил ещё несколько неприятных слов. У нас в артиллерии используются разные калибры орудий, но если, к примеру, выйдет из строя «Сталинец», который легко таскает за собой орудие большого калибра, то раздолбай-механик простым выговором не отделается, а минимум пойдёт на гарнизонную «кичу», где вместо баранки руля будет управлять шваброй по имени «Мария»… Если товарищ водитель не откажется, то можем угостить его конфетами «Ирисками», т.к. сахар очень хорошо заменяет папиросу. Как мы знаем, что до пограничной комендатуры ехать чуть более 15 километров, а вы, товарищ шофэр, делаете уже вторую остановку. Мы бы хотели ещё до вечера добраться до конечной точки нашего маршрута, на славную пограничную заставу имени товарища Кофанова.
Умные, да? только и смог ответить водитель, затем начал отвечать ещё. Жуйте свой сахар сами. От сладкого пить хочется ещё больше. Сидите в кузове и будьте довольны, что хоть так едем. А на «своей» заставе точно будете сегодня, ближе к вечеру… У них заставская машина уже вторые сутки в ремонте, но Рафик приедет на комендатуру за «горшками», бельём и другими мелочами. Он вас с собой и заберёт. Правда места у него хватит только для ваших мешков и приборов. А вы до самой заставы пешочком прогуляетесь. Ничего страшного в том нет, ведь меряют же ногами наши наряды каждый день заставские фланги. И с вас таких, дюже вумных, совсем не убудет.
Коля, хватит болтать! Давай уже поехали… неожиданно вмешался в разговор, до того сидевший молча в кабине, старший машины и строго посмотрел на водителя.
А я чего… я ничего… Мотор остыл, сейчас мигом поедем! Николай быстро спрыгнул с подножки и исчез из виду. Было слышно, как он закрыл кожух мотора, хлопнув дверью, залез в кабину, завёл мотор, тронулся с места и мы поехали дальше…
Машина въехала в Большие Матыкалы и спустя несколько минут лихо подкатила к воротам
