День надежды

— говорил он с холодной обреченностью.
Да, так оно и будет, Лукас это прекрасно знал.
Обязанность, ответственность — отец был похож в этом на сына, а сын — на отца. Аннабель повезло с семьей.
—Какая девушка? — спросил Лукас, словно бы очнувшись.
—Англичанка. Ей нет места в нашей жизни, Лукас.
Рука молодого мужчины сама собой сжалась в кулак. Медленно, очень медленно, усилием воли он разжал ее.
—Райнона из Уэльса. И у нее есть место в нашей жизни, она опекунша Аннабель.
Бровь Тео изогнулась, настолько он был изумлен. Обычно на его бесстрастном лице невозможно было заметить никаких чувств.
Лукас поймал себя на том, что говорит о Райноне как о давно знакомом и чуть ли не близком человеке, и это ему не понравилось.
—На короткое время — да, — мрачно согласился Тео. — Пока не доказано, что отец ребенка — Кристо. Ты говорил, что мать ребенка умерла, а эта девушка никак с ним не связана. Мы же обязаны позаботиться о незаконнорожденной дочери Кристо.
—А когда девочка вырастет, ты будешь говорить с ней в том же духе? — поинтересовался Лукас.
Ему не понравился тон Тео.
—Я не доживу до этого времени, — сурово ответил Тео. — Так что предоставляю это тебе. Мы будем щедры к ней, и никто не обвинит нас в несправедливости. Но самым лучшим было бы, если бы ты удочерил Аннабель и женился. Это успокоило бы меня перед смертью.
—Что? — Лео поднял бровь, вновь сжав кулаки. — Ты хочешь, чтобы я женился без любви? Да я и по любви не женился бы!
Тео подавил вздох.
—Твоя обязанность…
—Это будет нечестно по отношению к женщине, — возразил Лукас.
—Да на свете множество людей, что женятся и без любви, — сообщил Тео.
Сколько раз они обсуждали эту тему!
—Ладно, воля твоя, — Тео устало провел рукой по глазам. — Но все равно англичанка должна уехать. Чем скорее, тем лучше.
Лукас, нахмурившись, уставился на отца.
—Не раньше, чем установят родство ребенка, — сказал после короткой паузы он, не желая раздражать отца лишний раз.
Итак, присутствие Райноны Дэвис в любом случае осложняло дело. Придется ей все-таки уехать. А ему — отпустить ее. Как бы там ни было. Что бы ни твердили его желания и чувства.
Ответственность — прежде всего.
Вечером на ужин Райнона надела тот же наряд, что и на прием, ничего другого, более подходящего, у нее попросту не было. А этот вполне чистенький и приличный.
Она покормила Аннабель под присмотром добродушной Адейи, кухарки и экономки. Искупав ребенка, она уложила его на широкую кровать в своей комнате. Здесь не было специальных колыбелек, но Лукас уверил ее, что непременно раздобудет все необходимое завтра.
Ужин, как ей сообщили, состоится в столовой в половине восьмого.
Райнона судорожно вздохнула и еще раз критично осмотрела себя в зеркале.
Волосы ее торчали в разные стороны, завиваясь в кудряшки от напоенного влажностью воздуха. Она уже бросила робкие попытки причесаться, используя укладочные средства, решив, что на нее никто здесь не будет обращать особого внимания, а значит, и критиковать не станет. Ради кого стараться?
Она же не собирается производить впечатление на старика? А Лукас ее и не такую видел.
Ужин с Тео прошел на удивление гладко. Им подали национальные блюда, которые Райнона едва попробовала. Все это время она не сводила глаз с Тео. Он ясно дал ей понять, что Аннабель отныне — забота клана Петракидес. Если, конечно, тест подтвердит ее версию, версию отцовства Кристо. Но до тех пор Райнона остается у них на вилле. С малышкой. А потом…
—Простите, — сказал Тео после пары чашек крепкого кофе, — но мне хотелось бы прилечь. Всего доброго.
—Было приятно с вами познакомиться, — пролепетала Райнона. — И… спасибо за теплый прием.
Тео бросил на нее благосклонный взгляд и удалился.
Лукас и Райнона остались одни за столом и молча доели ужин.
—Думаю, мне тоже пора, — произнесла девушка, стараясь избегать взгляда мужчины.
Между ними снова воцарилось молчание.
—Может… прогуляемся перед сном по берегу? — предложил он. — Хорошо успокаивает, знаешь ли.
—Ладно, — согласилась Райнона. Она знала, что за Аннабель присматривает Адейя, и не боялась оставить девочку одну. — Но недолго.
—Вы давно владеете этим островом? — спросила Райнона, когда они пошли по белому песку пляжа.
—Недавно, — отозвался Лукас. — Нашему богатству не более двадцати пяти лет.
—Правда? Расскажи!
—Отец сам создал свою империю. А начинал он дворником. — Лукас усмехнулся. — Не веришь? Да, он прошел долгий путь. Был лендлордом в Афинах, а потом нашел партнеров, с которыми объединился и купил квартал жилых зданий. Подновили их, отремонтировали,