День открытых дверей в академии

ситуации.
А теперь давайте настоящую тему урока, потому как это была лишь подводка к нему. Записывайте: «Уловки и извороты русалок, чтобы заманить человека в воду».
Дальше лекция потекла своим чередом, только Ада так и осталась сидеть, низко опустив голову. Я не пытался больше уколоть девушку — все, что полагается, она и без того услышала. И, надеюсь, реакция Ады не подведет.
Едва прозвенел звонок, студенты потянулись к выходу. Я встал, и начал стирать с доски, нарочно делая это не с помощью магии, чтобы потянуть время. Мне нужно было успокоиться и взять себя в руки, если я хотел еще что — то выведать…
— Ты что, совсем того?! — раздалось гневное шипение за моей спиной.
Есть! Мышка клюнула. Я медленно развернулся, стараясь сдержать ухмылку.
— Вы что-то хотели, мисс Вершер?
Девушка выглядела сейчас просто очаровательно. Щеки пылают, глаза горят, жакет расстегнут и первые пуговицы рубашки — тоже. Видимо, ярость подняла температуру ее тела, и Ада сейчас неосознанно пыталась остудиться.
Я, не удержавшись, скользнул взглядом по ключице к вздымающейся груди. Ммм. Зверь вытянулся, заставляя меня глубоко втянуть воздух. На животном уровне ощутил запах мыла, стирального порошка и теплой девичьей кожи.
Вкусная. Для зверя — особенная. Он никогда так не реагировал на запахи девушек, как сейчас. Внезапно я поняла, что мы запомнили запах — как будто наглухо запечатлели его в памяти, чтобы всегда в случае чего учуять его, зная, что блондинка рядом.
Черт, не на эти мысли рассчитывал, когда выводил из себя Аду. Срочно нужно было выныривать из ощущений своей второй сущности, и возвращаться в класс.
— Что это было?! — гневно спросила Ада, поднимая палец и утыкая его мне в грудь.
— О чем это вы, мисс Вершер? Если у вас есть вопросы по теме урока — спрашивайте, я слушаю.
Гнев, полыхнувший во взгляде, заставил меня неожиданно возбудиться. Черт, она прекрасна в своей ярости!
— О, у меня есть вопросы! — сдув с лица упавшую прядь, выдохнула девушка, — и хватит притворяться паинькой, меня это бесит! Зачем ты сделал это, Тим?!
В ее голосе вдруг прорезалась мольба, и я не совсем понял, к чему она. Поэтому скрестил руки на груди, и тихо произнес.
— Сделал что, Ада?
— Ты знаешь! Выставил меня лгуньей перед всем классом! Думаешь, никто ничего не понял?! Как ты нападал на меня! Подводка к уроку, ага! Теперь все будут судачить, что же между нами было! Кому оно надо, зачем?! Что ты себе позволяешь, профессор?!
Последние слова она выплюнула с особым презрением, что окончательно вывело меня из себя. Я неосознанно схватил запястья блондинки, и с силой тряхнул девушку.
— Я творю? Я?! А не ты ли легла под меня, ни слова не сказав, что помолвлена?! А своему жениху ты призналась, что ему незачем быть осторожным в первую брачную ночь, или тоже сюрприз сделаешь?!
С этими словами я с силой сжал ее руки, плохо контролируя себя. До сего момента сам до конца не понимал, какой гнев испытываю от этой новости, а сейчас все скопившиеся эмоции будто вылезли наружу, удивляя и делая злым. Злым на Аду, за то, что обманула. На себя, за то, что не имел прав на эту блондинку, на обвинения, на вот это вот все — не имел! И все равно чувствовал себя преданным, как будто девушка мне что-то должна…
Пытаясь взять себя в руки, не сразу осознал, что Ада затихла. Взглянул на нее — и обомлел. Ада будто обмякла, опустила взгляд, и из-под ресниц по бледным щекам текли слезы. Ни всхлипов, дурацких шмыганий носом, картинных убеганиях и заламывания рук. Просто дорожки слез, бегущие одна за другой. И от этого мои ребра в ужасе сжались.
— Тише. Ада, тише. Прости меня.
Я потянулся, скользнув по плечам блондинки, осторожно привлекая к себе. Не чувствуя сопротивления, прижал к груди, осознавая, что я стал выше — голова Ады устроилась на моем плече, а ее макушка оказалась как раз под моим подбородком. Я мягко гладил девушку по волосам, чувствуя едва уловимую дрожь в ее теле. Она прижалась, доверчиво утыкаясь носом в мою мантию, позволяя утешать себя, что я и делал. Молча гладил девушку, по шелковистым волосам, по спине, плечам и легонько прижимался губами к макушке. Сам не понял, что получаю от этих прикосновений неуловимое удовольствие, словно делаю то, чего давно желал. Или это зверь говорит во мне?
Не знаю, сколько мы так стояли, прижавшись друг к другу. Я не хотел отпускать ее, но скоро начнется следующий урок, и нельзя, чтобы нас так застукали. Ада будто услышала мои мысли — подняла голову, и посмотрела снизу вверх на меня.
— Прости меня, — повторил, словно боялся, что в первый раз она не услышала.
Девушка кивнула, опуская взгляд. Я видел там сомнение — и не мог понять, отчего оно