когда же она доест, и буквально уволок ее в спальню, хохочущую и подшучивающую над моим неандертальским поведением. Но очень скоро ее смех сменился на сладкие для моих ушей стоны. Она была такой податливой и страстной, что я с трудом сдерживал собственнические порывы самца, стараясь быть нежным и ласковым со своей девочкой. Но уже под утро все же не выдержал и взял ее так, как хотел давно — сзади, удерживая одной рукой за бедра, а в другой сжав в кулак ее волосы. И меня порадовали ее крики удовольствия, поскольку я очень боялся, что испугаю ее таким напором и властностью. И уже под конец, почти засыпая, я притянул ее к себе и обнял. Уснул я с мыслью о том, что надо бы еще повторить такую ночь, и не раз. А сейчас мне хотелось лишь спать, поскольку бессонный вечер и ночь давали о себе знать.
Виолетта
Как только Денис уснул, я нашла в себе силы встать с постели. Ноги до сих пор дрожали от пережитого удовольствия, отказываясь куда-либо нести свою хозяйку. И сон одолевал беспощадно, поскольку этот озабоченный самец не давал спать мне всю ночь. Не то, чтобы я жаловалась, просто не думала, что он такой темпераментный. Мне безумно понравилась эта ночь. Он был очень умелым и нежным, всегда дарил удовольствие сначала мне и только потом получал его сам. Особенно мне запомнилось наше последнее… эээ, так сказать совокупление. Он был немного грубым, что заводило меня еще больше, и беспринципно заставлял меня подчиняться себе. И я не была против, хотя никогда не подозревала в себе такого «неромантизма».
Я тихонько надела свое белье плащ и покинула его квартиру.
Вернувшись домой, увидела там подругу. Яна спала в своей комнате, видно ночка тоже была бурной. Так, сегодня воскресенье, можно и отоспаться. Главное поотключать телефоны и закрыть двери, чтобы не ломились всякие брошенные на утро парни.
Я проспала до самого вечера, когда начали звонить в дверь. Яна тихонько прокралась ко мне в комнату, сказав, что это ненадолго, поскольку она договорилась с соседкой, что та выйдет и скажет, что мы уехали на выходные к родителям. Мы тихо подошли к двери и по очереди посмотрели в глазок. Это был Стас. Наша милая соседка старушка уже объясняла ему, что нас нет. Стас сразу же поник и, бросив на нашу дверь хмурый взгляд, ушел.
Не прошло и получаса, как позвонили вновь. На этот раз Денис. Ситуация повторилась.
Как оказалось чуть позже, наши телефона одолевали их звонки уже больше трех часов — они наверняка сначала принялись звонить, а потом уж пришли. Еще мы ждали, когда же они станут обзванивать подруг.
Стас позвонил мне, я взяла трубку и сказала, что Яна у родителей. Он попытался что-то еще спросить, но я сбросила звонок, сообщив, что занята. А Яне позвонил Денис. Подруга так же сухо ответила.
Уже поздно вечером они пришли вместе, еще более хмурые и даже злые. Наша соседка, возмущаясь на поздний шум, начала бурно объяснять, что мы еще не вернулись и предположила, что останемся до утра у родителей. Они ушли, а потом мы с Яной наведались к Марье Ивановне с тортиком и бутылкой рома, который старушка очень уважала, не смотря на возраст. Она хитро на нас посмотрела и приготовила чай, решив выжать из нас все по поводу наших гостей. Мы рассказали ей частичную правду, умолчав о пари и нашем соблазнении. Она пожурила нас за то, что разбрасываемся такими красавцами и отправила спать.
Всю ночь раздавались звонки парней, смолкнув только к утру. Но мы это узнали, только когда проснулись, поскольку спокойно проспали всю ночь.
А вот идти в универ было стремно. Они наверняка были злы, и мы, решили чуть-чуть припоздать, чтобы они не ждали нас на крыльце, а были уже на занятиях. Извинившись за опоздание, мы вошли в аудиторию и сели на свои места, потихоньку переговариваясь.
Звонки парней продолжались все утро, что уже стало напрягать, поэтому мы решили больше не бегать, и если нас сразу же найдут, не станем больше удерживать их на расстоянии — пора бы уже прояснить всю ситуацию. Подбодрив влюбленную подругу, я пообещала все взять в свои руки, поскольку она боялась сорваться из-за своих чувств к Манину.
На большом перерыве, мы, как ни в чем не бывало, направились в столовую. Ребята уже были там, хмурые, злые и с телефонами в руках. Нас они заметили сразу же, как только мы вошли. Резко поднявшись со своих мест, они торопливо подошли к нам, и в их глазах было предупреждение о грядущей расправе.
Не став особо с нами церемониться, они подхватили нас под руки и потащили на выход, под недоуменные взгляды окружающих. Подойдя к первой попавшейся аудитории, нас невежливо впихнули внутрь и закрыли дверь.
— И что это значит?- не выдержала я, складывая руки на груди и отходя от них подальше.
— Тот же вопрос к вам,- хмуро
