вернетесь на нары на долгие годы. Генерал в свое время был классным оперативником, но последние годы практической работой не занимался, лишь руководил, оторвался от земли, забыл, что с законниками, как бы ты к ним ни относился, следует разговаривать уважительно. В результате бывший высокопоставленный мент добился обратного результата. Воры не забыли о мастере Толике, а обратили на него самое серьезное внимание.
Куба мгновенно встретился с двумя корешами равного положения, все рассказал, посоветовались, и упомянутые ментом миллионы перевесили природную осторожность, раззадорили. Чего это мы не достанем и «зеленью» распоряжаться не сможем? Мы уж не глупее ментов точно, не хуже их сработаем. Мужика, что хитрую штуковину мастерил, захватим, а нужных головастиков найдем, никуда они не денутся.
Кубе выделили несколько толковых боевиков, деньги на работу у него имелись, вора благословили, объявили дело общим и на время операции запретили группировкам вооруженные действия и всякие разборки. Авторитетам обещали за послушание выделить долю.
В ту же ночь, под утро, собрались авторитеты, которые в принципе презирали «законников». Многие из авторитетов имели высшее образование, был среди них даже кандидат наук. Они считали воров в законе, «общаки», которые никто никогда не видел, как веру в бессмертие человеческой души и в коммунизм, лишним доказательством, что человек произошел от обезьяны, многие из которых еще не спустились с деревьев и добывают огонь трением. Но среди авторитетов были люди действительно умные и понимали реалии. Тюрьмы и зоны заключения находились под властью законников, и не считаться с подобным фактом неразумно.
Живущих на воле динозавров можно за сутки изничтожить, но от тюрьмы, как и от сумы, как известно, никто не застрахован. Сейчас авторитетов, попавших к хозяину, принимали достойно, а тронь кого из воров на воле, жизнь авторитетов за колючкой превратится в ад. Потому решение воров о временном замирении было принято с должным уважением. Авторитеты понимали, что воры, взявшись за данное дело, залезли не в свои сани, вслух восхитились размахом законников. На своем совещании авторитеты вынесли вердикт, дублирующий решение отставников – генерала и полковника, – наблюдать за Гуровым, ждать его результата, затем все по ситуации.
Захват Толика Куба ставил с размахом. За домом три дня наблюдали, «просекли» постояльца, но, как и все в доме, решили, что «племянник» у Пантелеевича один.
Гуров вора не увидел, а Станислав засек, так как Куба зашел в магазин, в котором сыщик пил сок, вытряхнул из холщовой сумки мятую газету, сумку сложил аккуратно и положил в карман. Мятая газета, придавшая сумке объем, прием известный от Рождества Христова, однако пользуются им регулярно и проходит он великолепно. Только не следует опустошать сумку в двух шагах от сыщика. Последний воспринимает подобные действия своеобразно. Станислав, к примеру, вынул из кармана кепку и водрузил ее на голову.
Гуров увидел Станислава в кепке, снял пистолет с предохранителя, мгновенно определил выходившего Кубу как источник опасности и двинулся не торопясь по своей стороне к дому Анатолия, туда же шли и три парня, любители дождя.
Из подъезда вышел Тиша, направился к мужикам в беседке, вскоре появился и Анатолий. Неожиданно выскочил из соседнего подъезда вроде бы пьяный мужичок с бутылкой и стаканом, воинственно закричал:
– У нас демократия! Я в своем праве выпить в свои именины! – Он увидел Анатолия, наполнил стакан, протянул: – Пантелеевич, выпей за здоровье раба Божьего! Сегодня день моего святого, храни Господь!
Даже Гуров на происшедшее не реагировал, смотрел, как Анатолий, примериваясь к стакану, походил на спортсмена, готовящегося взять старт, но Тиша, шагнув из беседки, стакан отобрал, расплескав половину, протянул одному из собутыльников, домучившему свое пиво.
– Дядя зарок дал, до шести ни грамма, – твердо заявил Тиша.
Три парня подошли к ним, один локтем ударил Тишу в челюсть, и не будь оперативник профессионалом, так лежать бы ему на земле.
– Ты, сучонок, человеку подносят с почетом. Шестой час, ты что, секундомером работаешь? Я тебя на винтики разберу, – он отобрал бутылку, но под «грибком» уже осушили стакан.
Во двор вкатился «рафик» «Скорой помощи», из него ловко выпрыгнули крепкие парни в халатах и с носилками. Один из них громко и весело, словно Дед Мороз, крикнул:
– Где у вас сорок шестая квартира? Кто там загибается, звонки оборвал, помощи просит?
– Я сорок шестая, – Толик выпятил грудь, – ошибочка вышла…
Оперативники переглянулись, им все стало ясно. Гуров, Станислав, Тиша и Миша – четверо. Три «гуляющих» парня и два «санитара»
