для решения боевых задач.
Чинар, словно учуяв Пашино состояние, сказал:
— Все так делают в первые дни, не ты первый, не ты последний, так что — успокойся. Я как взрывы услышал, сразу понял, что нужно тебя проконтролировать, а то начнешь тут самодеятельностью заниматься…
— Ну, не благодарите, товарищ полковник, — наконец-то улыбнулся Шабалин. — Всё, что смог, я сделал! Да и ордена не надо, я согласен на медаль!
— Хорош болтать, Шабалин! Иди спать. Завтра с утра поедем смотреть, что там случилось. И кстати, слышишь — не стреляют. Значит, там всё хорошо.
Паша вернулся в здание, подсел к «Акведуку» и вызвал «Зарю».
— Что там у вас?
— Наблюдали три последовательных подрыва, из стрелкового оружия огонь не открывался.
— Сейчас что там происходит?
— Садыки сидят в «опорнике», не высовываются. На дороге горит машина.
— Одна?
— Да, одна.
— Внимательнее там!
— Есть!
— Конец связи!
Паша снял с себя снаряжение и снова вытянулся в койке. В голову лезли разные мысли, которые мешали уснуть, и безуспешно поборовшись с бессонницей полчаса, Шабалин решительно встал, взял «Винторез», пистолет и направился на пост «Офис», предупредив дежурного о своём уходе. Идти было недалеко.
— Здравия желаю, товарищ старший лейтенант, — сказал Сергей Кузьмичев, никогда не забывавший о субординации, хотя и был он в роте, пожалуй, самым авторитетным контрактником, уже вдоволь хлебнувшим военного лиха. — За время несения службы происшествий не случилось.
— Движуха есть?
— В пределах досягаемости нет. В журнал наблюдения вписали передвижения одиночных и групповых целей в районе ориентира номер двенадцать, и полчаса назад вон там, за развилкой, на машине включались фары, секунд на десять, потом выключились. Машина стоит на месте — её в ночник хорошо видно. И это, похоже, сейчас пылевая буря подойдёт…
— С чего ты взял?
— Вон, фронт идёт, — Сергей махнул рукой на восток.
Там действительно происходило что-то непонятное — к темноте ночи добавилась какая-то непонятная мгла, да и в воздухе Паша чувствовал какое-то непонятное шевеление.
— Вот и посмотрим, что это за зверь такой…
Ждать долго не пришлось. Вскоре непонятная издали мгла подошла совсем близко, закрыв собой звёзды. Видимость упала совсем, а на зубах Паша почувствовал мелкий песок. Снайпера надели боевые защитные очки и замотали лица медицинскими косынками. Паша понял, насколько было бы ему сейчас комфортно в подаренной «подсолнухом» арафатке, и более не задерживаясь, ушел с поста на базу. Едва дойдя до дверей дома, он успел оценить, насколько упала видимость — в таких условиях враг, если он будет хорошо знаком с местностью, запросто сможет пройти незамеченным хоть к самому штабу группировки…
— Барс! — ответил Шабалин на вопрос дневального, и как только дверь открылась, вместе с клубом пыли ввалился в подъезд. — Всё, закрывай быстрее! Там просто ужас какой-то на улице!
Дневальный хлопнул дверью.
— Проверь все окна в помещении, чтобы закрыты были, — сказал Паша и поднялся к себе.
Миша не спал — молча стоял у окна, наблюдая за буйством стихии.
— Как воевать в таких условиях? — спросил он вошедшего ротного.
— Никак, — усмехнулся Паша, снимая верхнюю одежду, которая уже вся была забита пылью. — Вот почему у всех тут форма тусклая мне показалась, — сказал он. — Пылью забивается, и хоть стирай, хоть не стирай…
В который уже раз Паша лёг в койку — спать оставалось совсем немного, но нужно было отдохнуть — впереди день обещал быть насыщенным и плодотворным.
На утреннем совещании в штабе ОГ «Пальмира» «дядя Лёша», после многословной и нецензурной тирады относительно ночного происшествия на опорном пункте садыков возле элеватора, поднял Шабалина:
— Что там случилось, сможете доложить?
— Товарищ генерал, мне взводник ночью только доложил, что наблюдал три последовательных подрыва, после чего на дороге горела машина. Подробностей пока нет, но я предполагаю, что садыки не оценив результаты первого подрыва, ввели в действие два последующих, хотя там на каждом кусту было по две противотанковые противобортные мины, и автомобилю вполне хватило бы и одной. Если бы они с разумом дружили, могли бы понять, что одного подрыва машине было бы более чем достаточно!
— Вы их инструктировали по порядку работы минного поля?
— Так точно! Все показал, рассказал, три подрывные машинки установил в положение «взрыв», сняв их с предохранителя — им оставалось только нажать на кнопку. Подполковник Барченко присутствовал при том, как я инструктировал
