«представляющая интерес», «ценная» и «особой важности». Наверное, здесь стоит вспомнить один интересный, и весьма поучительный эпизод: в период очередной заварухи между евреями и арабами, последние разработали план нанесения группового ракетного удара по береговым целям с помощью ракетных катеров, которые должны были в режиме максимальной скрытности подойти к землям обетованной и нанести кинжальный удар. План был прекрасен и безупречен как в целом, так и в деталях. И все прошло бы на ура, если бы головной ракетный катер на конечном участке маршрута, буквально за десяток минут до предполагаемого пуска ракет, не вошел в полосу тумана и не стал терять курс. Командир ракетника принял смелое, но как потом оказалось, роковое решение: «на пол-оборота» подсветить навигационную обстановку обзорным радиолокатором, чтобы уточнить свое местоположение. Секундное включение обзорной станции принесло понимание местоположения ракетного катера как его командиру, так и посту израильской радиотехнической разведки, после чего египетская корабельная ударная группа утратила столь тщательно оберегаемую скрытность и в течение ближайших минут была разгромлена ракетным противокорабельным контрударом со стороны обетованной. Срыв атаки оказался возможным только благодаря преступной безалаберности и халатности командира катера и блестящей работы радиоразведчиков.
Однако, совсем другая картина складывается при разведке маломощных источников радиоизлучения. Ведь эти, скажем, «кенвуды», или «моторолы», могут быть в руках кого угодно — ребёнка, женщины или мирного старика… но, конечно, более вероятно, что эти радиостанции могут быть в руках боевика, или даже полевого командира, поражение которых однозначно влечет приближение победы над врагом, или хотя бы вносит свой посильный вклад в дело борьбы с международным терроризмом. И чтобы исключить трагическую случайность, иногда разведка проводит целый комплекс мероприятий по установлению истины.
— Если мы случайно замочим мирняк, — сказал Чинар, — трындеца на весь мир нам не избежать. Партнеры же тоже отслеживают практически все наши действия.
— Кто? — спросил Паша. — Амеры?
— Они самые, — кивнул Вадим, влезая в разговор. — Не хуже нас работают.
— А так как это рядом с позициями садыков, да с нашим присутствием, то в случае чего нам реально плохо будет, — добавил Игорь, — и Сомов бледно весьма выглядеть будет, если мы там сейчас безоружного крестьянина к гуриям спровадим, а коалиция это зафиксирует.
— И что будем делать? — спросил Паша.
— Так как это рядом, — сказал Чинар, — я решил провести доразведку цели с помощью беспилотника. Самолетик уже поднят в воздух, через десять минут он будет над целью, и тогда всё станет ясно.
— Интересно, — сказал Паша. — А наводить удар тоже беспилотник будет?
— Ага, — кивнул Игорь. — Если потребуется.
— В смысле?
— В прямом! Если цель незначительная, то артиллерию наводить не будем…
— А как тогда?
— А ты мне для чего нужен? — Игорь посмотрел на Пашу и улыбнулся. — Твоим людям боевой опыт надо приобретать? Надо!
Спустя десять минут, прихватив «тяжелую» пару, два «Тигра» уже неслись по дороге в сторону семнадцатого опорного пункта. Еще спустя двадцать минут три снайперские пары, Шабалин, Барченко и Сагитов уже выгружались из машин в обвалованном «опорнике» садыков.
Советник, убедившись, что сирийский командир взвода получил по рации соответствующие указание относительно русских снайперов, попросил того предоставить наиболее удобное место для наблюдения.
— Работаем по полной, — спросил Борзов.
— Да, — кивнул Шабалин. — Разворачиваемся полностью, все три пары. Кто достанет, тот и будет работать. Остальные пусть тренируются, смотрят.
— Есть!
Снайпера расположились на внутренних склонах обваловки, расстелили плащ-палатки, установили приборы наблюдения, привели оружие к бою.
Беспилотник показал, что в месте выхода маломощной станции в эфир, находится пикап с кузовом, в котором установлен крупнокалиберный пулемет ДШК. Машина была неподвижна, возле неё были замечены три человека, двое из которых находились метрах в тридцати от неё, а один в непосредственной близости — он то забирался в кузов и вставал за пулемет, то спрыгивал с машины и обходил её вокруг. Предположив расстояние от «опорника» до пикапа доступным для стрельбы из снайперского вооружения, Барченко принял решение не вызывать артиллерию, а расправиться с пикапом силами имеющихся у него снайперских пар. Шабалин более чем воодушевленно воспринял это решение, чего уж говорить про мальчишек, радостно суетившихся над оборудованием
