от желания замереть, чтобы не сбить пулю с нужной траектории, у него остановится сердце…
Пуля снижалась, и за мгновение Паша понял — попадание будет! Долю секунды спустя турбулентный след пересек стоящего в кузове боевика. Еще через мгновение в воздухе мелькнули ноги, от которых отделились две темные точки, которые, описав высокую дугу, упали далеко за машиной.
— Цель, — невозмутимо произнёс наводчик и добавил: — Товарищ командир, видали, как у него ботинки слетели с ног в момент попадания?
— Видал, — ответил Шабалин.
Паша старался найти в себе хоть какое-то сострадание к только что убиенному человеку, или хоть какой-то признак торжества и грандиозности произошедшего события, но ничего этого не было — убийство произошло обыденно, и даже, как с ужасом подумал Паша, без ожидаемого им яркого накала эмоций.
Еще более черство, на взгляд Шабалина, вели себя его подчиненные, которые безо всякого морального трепета и высоких душевных стенаний искренне радовались произошедшему и откровенно глумились над убитым боевиком.
— Видали, как он ногами-то… — кричал Радик.
— С почином, — сказал Барченко, хлопнув Пашу по плечу.
Несколько мгновений на позиции стояла тишина, но потом Слава Борзов, в свойственной ему показушной манере громко произнес:
— В детстве я занимался лёгкой атлетикой, но такое сальто-мортале никогда бы не смог сделать!
Ответом ему был взрыв хохота.
— Товарищ старший лейтенант, — спросил Артем. — Знаете, чем русский снайпер отличается от всех остальных?
Паша, конечно, знал эту старую снайперскую шутку, поэтому ответил в том же тоне:
— Так, Бушуев! Никто никуда сейчас ни за какими вражескими шузами не полезет!
— Смотри, — Барченко указал в сторону соседнего опорного пункта, расположенного метрах в шестистах.
Паша увидел клубы пыли, которые стали подниматься над «опорником», еще не понимая, что это значит.
— Валим отсюда, — громче сказал Игорь. — Сейчас они и нас накроют.
— По машинам! — заорал Шабалин, со всей очевидностью осознав, что по соседнему посту духи наносят минометный удар.
Снайпера суетливо начали закидывать своё имущество в машины и спустя минуту все уже сидели в бронированных «Тиграх». Закрывая дверь, Паша услышал визжащий звук, хорошо знакомый из художественных фильмов о войне еще с детства, и в ту же секунду прямо перед машиной, не далее чем в десятке метров, разорвалась минометная мина. В момент взрыва дверь еще оставалась открытой, и всем своим существом Паша прочувствовал удар плотного потока воздуха, образованного ударной волной. Хлопнув дверью, Паша завалился на спинку сиденья — водитель дал по газам, и броневик чуть не прыгнул вперед, проехав прямо по небольшой воронке, образовавшейся от взрыва.
— На дорогу, — крикнул Паша.
Происходящее не казалось ему сейчас чем-то страшным. Конечно, получить мину в крышу броневика означало немедленную гибель, но это не пугало, а лишь заставляло действовать — подавать команды водителю и таращить глаза в окна, наблюдая за обстановкой.
Водитель вывернул руль, чтобы вписаться в поворот и попасть в разрыв защитного вала, однако довернуть до конца не смог, и машина несколько метров прошла правыми колесами по косогору, вызвав внутри салона падение незакрепленного имущества и маты пассажиров.
— Не дрова везешь! — Борзов нашел в себе силы юморить, хватаясь за поручни. — Осторожнее там!
— Главное — вырваться, — крикнул Барченко.
— Вырвемся, — отозвался водитель.
«Тигр» выбрался на дорогу, второй шел следом. Машины стали набирать скорость, уходя от взрывов, накрывающих опорный пункт.
— Кранты «опорнику», — резюмировал Паша.
— Да не… — отозвался Игорь. — У них там всё налажено и привычно. Садыки сейчас по норам сидят, да по броне — минометный обстрел им не сильно страшен. Ну, если сразу кого не убило… сейчас увидят, откуда бьют, и из танка «ответку» организуют.
И точно, сзади громко ухнула танковая пушка.
По большому счету испугаться никто не успел — броневики быстро вырвались из зоны обстрела, а по движущейся цели минометы стрелять не способны. Никто не был ранен, и поэтому начали острить, радуясь удачному стечению обстоятельств. Водителю дружно предъявили за попытку перевернуть машину, на что тот, зубоскаля, заявил о готовности повторить манёвр с более печальным для всех исходом.
Барченко вышел по связи на ЦБУ и сообщил об обстреле. Пока бронегруппа неслась к элеватору, разведчики вывели беспилотник в предполагаемый
