Дерзкий поцелуй

эти деньги?
— Отовсюду, в общем. Главным образом, от частных и анонимных пожертвований.
— И вы тоже принимаете в этом участие?
Девушка равнодушно пожала плечами.
— Да, я тоже вношу свою посильную лепту.
В переводе на обычный язык это означает — так много, сколько могу, решил он. Из-за ее плеча он видел, как Эви переворачивает страницы гроссбуха, смотрит на столбики цифр и выводит итоговые суммы с легкостью необыкновенной, ничуть не теряясь и лишь иногда морща лоб.
— Будь я проклят!
Девушка перестала писать и взглянула на него.
— Вы только что выругались, Мак-Алистер, если я не ослышалась.
Он и впрямь выругался.
— У вас получается очень легко и быстро. Как вы это делаете?
— Не знаю, право слово. Вычисления всегда давались мне легко.
Легко — это не то слово, подумал он про себя. Он встречал мужчин, которые всю жизнь посвятили математике. Так вот, ни один из них не был способен с такой скоростью складывать и вычитать цифры в столбиках на всю страницу.
— Тогда почему.
От двери прозвучал голос мистера Хантера:
— Ага! Мак-Алистер. Ну, что интересного вы имеете сообщить?
Мак-Алистер отрицательно покачал головой, изрядно недовольный и тем, что его прервали, и появлением нового действующего лица.
— Собственно, так я и предполагал, — сказал мистер Хантер, прежде чем обратиться к Эви: — Миссис Саммерс сообщила мне, что вы очень недурно играете в шахматы, мисс Коул. Могу я предложить вам партию?
— Боюсь, что сейчас ничего не выйдет, — с извиняющейся улыбкой отказалась Эви. — С-совсем скоро мне п-предстоит приготовить ветчину на ужин. Я поменялась обязанностями с Кристианом.
— Что ж, тогда в другой раз.
— Да, несомненно. — Эви вновь постучала пером по столу. — А вы, значит, хороший игрок?
— Лучше не бывает.
Он одарил ее самодовольной и лукавой улыбкой, после чего поспешил удалиться, прежде чем она успела оспорить его заявление.
Его глупая выходка заставила Эви рассмеяться, и Мак-Алистер ощутил одновременно и удовольствие, и раздражение. Ему нравилось слушать ее смех, но он был не в восторге, оттого что причиной ее веселья стал мистер Хантер.
Он попытался проигнорировать свое желание скрестить руки на груди.
— Вы любите стратегические игры?
Почему он сам не знал этого?
— Я люблю
выигрывать в стратегические игры, — с улыбкой уточнила Эви.
— Мистер Хантер выглядит весьма уверенным в себе.
— В нем говорит высокомерие, — небрежно отмахнулась она. — Оно стало причиной падения всех великих людей.

А вот теперь Мак-Алистера охватило желание составить — и поделиться им с Эви — список первопричин, по которым мистер Хантер никак не мог считаться великим человеком. Нет, он, конечно, не стал бы этого делать — может быть, — поэтому с облегчением увидел, как Эви захлопнула свой гроссбух и сменила тему.
— Пожалуй, придется закончить подсчеты в другой раз.
Она поднялась из-за стола и поморщилась — больная нога затекла после сидения на жестком стуле.
— Знаете, я, наверное, все-таки рискну и опробую диван у окна. Понимаете, я собиралась сесть на него с самого начала, но как только представила себе, что провалюсь и не смогу встать…
— А почему вы должны провалиться?
Девушка жестом указала на диванчик у окна.
— Да вы только взгляните на него.
Мак-Алистер внимательно осмотрел заваленное подушками ложе.
— Мне он кажется самым обычным диваном.
— Подушки толщиной в десять футов, не меньше. — Эви выразительно закатила глаза, когда он вопросительно приподнял брови в ответ на столь явное преувеличение. — Ладно, пусть не десять, а всего два. Все равно, они достаточно толстые, чтобы особа, рост которой не дотягивает до шести футов, подверглась опасности провалиться в эти подушки и застрять в них до тех пор, пока кто-нибудь не придет ей на выручку.
— В таком случае, не садитесь на подушки, только и всего.
— Они смотрятся очень удобными и мягкими.
Мак-Алистер почувствовал, как губы его складываются в улыбку, когда она горестно вздохнула.
— Я могу привязать к стене веревку, и вы сможете самостоятельно извлечь себя из ловушки.
Эви рассмеялась, на это раз
для него, и охватившее Мак-Алистера напряжение улетучилось.
— Не уверена, что это будет менее унизительно, чем позвать на помощь, но я обещаю подумать над вашим предложением. — Девушка вздохнула и вернулась к письменному столу, чтобы забрать свою бухгалтерскую книгу. — Мне действительно пора готовить ужин. Если я кому-нибудь понадоблюсь, пусть ищут меня