При въезде в Москву неизвестные расстреливают иномарку, и один из пассажиров, смертельно раненный, умирает. В ходе дознания выясняется, что убитый — служащий американского госдепартамента. Поэтому дело поручается следователю по особо важным делам российской прокуратуры А. В. Турецкому, известному читателям по другим произведениям Фридриха Незнанского.
Авторы: Незнанский Фридрих Еевич
— Ваше предложение интересное, Дина, но надо согласовать его с начальством. Вы не побудете пару минут в обществе товарища Величко?
— С удовольствием! — улыбнулась Ткачева.
Мы со Славой вышли в коридор, закурили и стали совещаться.
— Что думаешь? — спросил я.
— Ей смысла врать нет, Саня. Одно только может быть: ей надо срочно обтяпать там какие-то свои делишки под нашим прикрытием. Если мы взамен получим Юру, стоит сыграть.
— Мне тоже кажется, что риск оправдается…
— Да какой риск, Саша?! Если она Сусанин, то куда ей нас вести? К дудаевцам? Так те только помогут Юрия искать. Правда, если найдут раньше, то отдадут частями!..
— Шуточки у тебя!
— Это не у меня, у него шуточки. С огнем играет!
— Как нам ее пристегнуть к следственной бригаде?
— Как добровольного помощника, — предложил Слава.
— Боюсь, не пройдет. Не тот случай. Ладно, пока отпустим ее, а сами посоветуемся с Костей.
Меркулов выслушал меня молча, оглядел всех нас — меня, Славу, Олега, спросил, улыбнувшись:
— Следователь Величко, конечно, за то, чтобы воспользоваться услугами этой дамы?
Олег слегка покраснел, он и так робел, находясь в кабинете такого важного начальника:
— Мне кажется, она не помешает. Девушка знает, где наверняка можно будет найти Андриевского…
— Слава, ты тоже не против?
— У нее индульгенция от Руслана, который два года назад половину наших банкиров на уши поставил. Такую девку впереди себя гнать по этой стране джигитов — большое дело.
— Ну что ж, холостяки дружно «за». И только женатый Александр Борисович Турецкий помалкивает.
— Он уже человек номенклатурный, — с мрачной серьезностью начал объяснять Слава. — Чтобы начальство заметило и оценило, он должен угадывать мнение руководства. А откуда он знает, что решит зампрокурора, если зам сам еще не знает? Вот и сидит, выжидает…
— Субординацию нарушаешь! — ворчу Грязнову.
— Ладно, оперативно-следственная бригада, сосредоточьтесь! Мы тут посовещались с бригадиром, и я решил вынести на ваше рассмотрение такой план операции…
Начальник Службы внешней разведки ждал своего заместителя Пермитина, человека, которому он не верил и которого боялся. Он знал, донесли, что Пермитин презирает нового начальника разведки, считает непрофессионалом и вообще недалеким человеком.
Что ж, возможно, в тонкостях шпионского ремесла он не совсем еще разобрался, но шпионажем занимаются люди, а с людьми начальник работал всю жизнь. Когда пришла анонимка на сотрудника информационно-аналитического отдела Юрия Андриевского, начальник не отказал себе в удовольствии показать ее Пермитину, чтобы посмотреть на реакцию зама — все-таки про зятя пишут. Евгений Пермитин, благо что шпион старой закалки, держался хорошо, предложил собрать характеристики и отзывы о работе Андриевского.
Начальник прекрасно понимал, что, пойди он таким путем, получит кучу бумаг, из которых будет следовать, что Юрий Андриевский — восходящая звезда российской разведки, ум, честь и совесть отечественного шпионажа. Возможно, появись такая необходимость в самом начале работы нового начальника на новом поприще, так бы и получилось. Тогда, в начале, большинство старых работников думали так же, как Пермитин, — прислали какого-то номенклатурщика, который и азбуки Морзе не знает, этот наруководит!
Однако время прошло, народ поуспокоился, не все ли равно, из чьих рук звания и премии получать! К тому же теперешнее руководство страны не в пример прежнему особого усердия в добыче разведданных не требует… Со временем появились подхалимы и стукачи — все как везде.
Через них и начал проводить начальник свое негласное изучение деятельности Андриевского. Чем дальше изучал, тем больше убеждался, что в анонимном письме очень много правды, если не все. Речистый и обаятельный бездельник, пользующийся покровительством тестя. Кабы только это — невелика беда! Сколько таких приблатненных шебуршатся во всех конторах, которые попрестижней? Сам начальник в свое время вынужден был прибегнуть к такой испытанной форме строительства карьеры, как брак по расчету. Зато потом он честно пахал, чтоб никому и в голову не пришло хоть раз напомнить о том, каким путем проник человек в высшие сферы. А этот хлюст ни на что не обращает внимания!
И вот одна за другой две неприятности. Сначала письмо из контрразведки, в котором запрос: по чьему заданию и с какой целью вступал в контакт с высокопоставленным работником ЦРУ специалист информационно-аналитического
