Когда-то в порыве гнева он ей сказал: «Только отчаянный дурак, который не дружит с головой, захочет быть с такой как ты». Откуда же ему было знать, что этим дураком окажется именно он. И надо бы как-то охмурить красавицу и доказать, что ты вовсе не такой коим она тебя всегда считала. А, как известно, в любви и на войне все средства хороши, но с чего же начать? Может сдаться друг другу в плен и объявить перемирие?
Авторы: Заблоцкая Виктория Валерьевна
несмотря на всю свою спесь и раздутое до невообразимых размеров самомнение, Кате он нравился. Но, повторюсь, до поры до времени.
Звучал очередной медленный танец и Катя, как обычно танцевала его с Витькой, который постоянно тяжело дышал ей в шею и старался нечаянно погладить пониже спины. И всякий раз девушка недовольно сбрасывала его руку, оглядываясь по сторонам, не заметил ли кто-нибудь этот неприличный жест. Но бдящих приличия учителей и завуча, которые в этот вечер должны были следить за порядком, почему-то где-то запропастились. «Очевидно, решают важные педагогические вопросы в кабинете трудовика», — подумала Катя. Не зря же их молодая преподавательница по немецкому под руку с физруком и завучкой, так старательно прятали в пакетах бутылки из-под… кока-колы, наверное. Особенно если судить по названиям на этикетках. А на самом деле там было обычное вино из виноградников все того же трудовика. Который всю оставшуюся до каникул неделю рассказывал ученикам о полезных свойствах этого чудодейственного напитка.
Надзорщиков не было, а значит, не было кому заметить столь неприличные поползновения на Катину задницу. «Эх, — досадно подумала девушка. — Надо с этим кончать».
Она уверено отстранилась и под недоуменным взглядом своего кавалера выдала весьма внушающую речь:
— Слушай, Вить, ты хороший парень и все такое, но я тут подумала и решила, что не судьба нам быть вдвоем. Так что, извини, но нам нужно расстаться.
И, судя по немного растерянному выражению лица молодого человека, Катя поняла, что до парня еще не дошел весь смысл сказанных ею слов.
— Что ты хочешь этим сказать?
М-да, с чего это она решила, что Витюша соображать будет побыстрее? Спортсмен все-таки. Сколько раз ему мячом по голове попадало на тренировках? Наверное, это не проходит даром.
— Я говорю, что бросаю тебя. Всё! Финита. — Выпалила Катя и развернулась, чтобы уйти, но Витька не собирался так быстро ставить все точки.
— То есть ты хочешь сказать, что даешь мне отворот поворот?
Ну, слава Богу. Оказывается он не так уж и безнадежен.
— Именно. Вить, не грусти, найдешь еще себе достойную спутницу, которая побежит за тобой хоть на край света.
— Ну, ты Катька и стерва. Вертела передо мной своей ж*пой, а теперь продинамить решила? Хоть бы дала на прощание, — насмешливым тоном бросил он. — Ну и катись, блондинка драная, все равно надоело мне тебя уламывать. Вон лучше к Нинке пойду, она давно на меня заглядывается, такую и уговаривать не надо. — Но прежде чем уйти, Витюша выдал последнее на его взгляд архиважное умозаключение. — И знаешь еще что? Это не ты меня бросила, это я тебя бросил. Поняла? Дура.
С этими словами парень умчался, растворившись в толпе. А Катя, до этого еле сдерживающая рвущийся на волю хохот, громко рассмеялась, чем вызвала недоумение на ничего не понимающих лицах одноклассников.
Вот и хорошо, вот и славно — решила Катя, накидывая на себя пальто и собираясь отправиться домой. Зато в новом году она будет открыта для новых людей и знакомств. Девушка вышла из класса, где хранились личные вещи учеников, и с приподнятым настроением шла по коридору, как внезапно из мужского туалета до нее долетел обрывок разговора и мелькнувшее в нем ее имя. Катерина как магнитом припала ухом к стенке, благо, что дверь была немного приоткрыта и слова ее неудавшегося кавалера были легко различимы. Парни, скорее всего, курили, воспользовавшись тем, что нет надзора, превратили сортир в курилку, по крайней мере, едкий сигаретный дым, наталкивал Катю именно на такие мысли.
— Ну, че Витек не дала тебе Фролова? А говорил «она от меня без ума, сохнет по мне девка», — в помещении раздалось два ржущих голоса.
— Да заткнитесь вы! — прокричал сердито Витюша. — Надоела она мне, вот я ее и бросил. Я бросил! Поняли, ушлепки, а не она меня!
— Так было уже что-то? Или отстояла таки свою девичью честь твоя целка-патриотка? — поинтересовался другой голос и снова громкий хохот разлился эхом по пустому коридору.
— Обижаешь, Вован, конечно было. — Гордо заявил Витька.
«Козел!» — подумала Катя, а парни притихли, в предвкушении подробностей.
— Ну и как? Горяча деваха? — затараторили наперебой пацаны.
— Я бы и сам с Катькой не отказался. Сиськи у нее классные и ноги длинные, я б ее… — наступила пауза, вовремя которой очевидно парень показывал, чтобы он сделал с Катей.
— Может, зря ты ее бросил? Модельная ведь девочка.
— Так чего ты молчишь, Витек? Или опять басни нам травишь?
— Ни фига подобного. Она сама мне на шею вешалась, да только она так себе. Не впечатлила. — Отделался подобной отговоркой Витюша и рассмеялся.
-Врешь ты все, — раздался посторонний
