Когда-то в порыве гнева он ей сказал: «Только отчаянный дурак, который не дружит с головой, захочет быть с такой как ты». Откуда же ему было знать, что этим дураком окажется именно он. И надо бы как-то охмурить красавицу и доказать, что ты вовсе не такой коим она тебя всегда считала. А, как известно, в любви и на войне все средства хороши, но с чего же начать? Может сдаться друг другу в плен и объявить перемирие?
Авторы: Заблоцкая Виктория Валерьевна
не видно, как и луны собственно.
— Ты знаешь, я когда-то в детстве мечтала быть космонавтом. — Растягивая каждое слово, делилась сокровенным Катя, чем вызвала улыбку на моих губах.
Я присел к ней рядом и взял в руки ее замерзшие холодные ладошки.
— И почему же не стала, — решил подколоть я, но Катя посмотрела на меня совершенно серьезными глазами.
— Потому что через неделю я уже мечтала быть балериной.
— А, ну да. Это веская причина. — Хохотнул я, чем заслужил неодобрительный взгляд, а потому решил пойти более безопасным путем. — А я в детстве мечтал стать принцем.
— Правда? Чтобы спасать прекрасных дам?
— Нет, чтобы все разрешалось и ничего не запрещалось, особенно есть леденцы каждый день. И мне очень хотелось иметь настоящий меч, чтобы Колька со второго подъезда позеленел от зависти.
Катя хохотнула и, устроившись поудобнее на моем плече, сказала.
— Мальчишки. Вам лишь бы война, да мечи с пушками.
— А вам прекрасные замки и принцы на белых лошадях. Меня до сих пор типает от того, что мне пришлось пережить, пока Маринка с Женькой в куклы не наигрались.
— И как они умудрились тебя заставить с ними играть?
— Хм, очень даже просто. Женька чуть что могла в глаз дать, она же старше, а Маринка сходу визжать начинала как резаная, чтобы я с ней поиграл. Любите вы девочки быть сверху.
— Угу. И покататься сверху тоже любим, — согласилась Катя, сама даже не поняв, как двусмысленно прозвучала эта фраза. — И ножки при этом свесить.
В автомобиле Катя уснула, склонив голову ко мне на плечо, а я лишь улыбался, перебирая пальцами пряди золотистых волос. Надо же, во сне она совсем на ангела похожа, а стоит только проснуться и открыть рот, как тут же превращается в чертенка. Даже будить не хотелось, а пришлось, когда авто притормозило у подъезда. Номера квартиры я ведь не знал, а Катя не потрудилась мне его назвать, будучи еще при памяти.
— Эй, что надо? У меня выходной, — недовольно простонала Катерина, отбиваясь от моих настойчивых попыток привести ее в чувство.
— Скажи номер квартиры и ключи дай.
— Ты кто? — она резко распахнула глаза и уставилась на меня так, как будто видела впервые.
— Здрасте-приехали.
— Денис, а ты тут что делаешь?
— Пытаюсь тело домой доставить, — парировал я.
— Чье? — я даже улыбнулся, глядя, как Катя в недоумении выпучила свои глазки.
— Твое, Катя, твое. — Я потянул ее на выход из машины. — Давай. Мы дома, сейчас дойдем до квартиры и снова спать ляжешь.
— С тобой? — Нет, ну до чего же она забавная.
— Конечно со мной, с кем же еще? — «Ну, а почему бы и не воспользоваться ситуацией?
Но Катерина, как я и догадался, оказалась против, чему свидетельствовало ее молчаливое отрицательное мотание головой.
— Я еще не готова к настолько серьезным отношениям.
Я только хмыкнул, но стоило нам ступить на твердую землю, как Катины нетвердые ноги подкосились и, если бы я вовремя не подхватил ее, то могла бы моя блондиночка поцеловаться с асфальтированной дорожкой, получив очень яркий «засос» в виде ссадины на ушибленном месте.
Таксист походу был не сказано рад избавиться от таких пассажиров как мы. Мало того, что я Катю еле из такси вытащил, так она еще перед тем как отключиться выпытывала у бедняги, относится ли он к тем жвачным парнокопытным, которые угнетают бедных женщин. А потом еще так серьезно посмотрела на меня и, наклонившись ближе, доверительно прошептала: «Это я для Лики. Пусть порадуется, что не все мужики козлы». Что на это ответить я не знал, да и сейчас не знаю. Интересно, о чем девочки шептались между собой в клубе? Не иначе, как род мужской вспомнили не злым, тихим словом.
Усмехнувшись своим воспоминаниям и поддерживая Катю за талию, я потащил ее к двери в подъезд.
— Какой этаж? И номер квартиры скажи! — скомандовал я, когда дверь лифта за нами закрылась.
— А тебе зачем?
— Кать, ты домой хочешь попасть или нет?
— Хочу? — для пущей убедительности даже кивнула.
Катя сама нажала на кнопку нужного этажа и лифт дернулся, поднимая нас наверх.
— Номер говори.
— Полсотни, — буркнула блондинка так, что я еле расслышал.
— Какие полсотни? — не понял я сразу, а это оказывается, у Катюши чувство юмора проснулось.
— Ну, ты номер квартиры спрашивал?
— Да.
— Ну вот. Полсотни.
— Пятьдесят что ли?
— Ага, — Катя снова кивнула, но голову назад не подняла. — Мне что-то плохо и пол кружится.
Бл… конечно же, ей будет плохо, особенно после того, сколько она коктейлей за вечер упорола.
Перед нами распахнулась дверка лифта и мы вышли на лестничную площадку. Катя совсем безвольно повисла на моем плече, так что мне пришлось самому искать ключи
