— Не, в этом году я не участвую. Мне еще в красную зону, затем по красной до верхней точки, затем…
Эдер начала характерно крутить колечко. И всё. Железная тетка.
— Крит, я знаю, что ты сволочь. Или хочешь таким казаться. Мне нужно место.
— Так есть же билеты?
— Даже зеленой зоны уже не достать за нормальные деньги.
— На Арене не так много способов заработать… Следующие две серии изделий с жесткой ставкой. Десять процентов.
— Грабеж. Я их еще даже не видела. Ты слышал, говорят доспехи Хранителя в Кельте продались? Лот сняли с аукциона. Но про покупателя никто не слышал. По стилю очень похоже на твое направление.
— Десять. И два билета в зеленую зону.
— Ко мне приехала очень хорошая подруга. Но ей неудобно будет без кавалера сидеть на платных местах.
— Нет. Ну как ты себе представляешь? Уступить кресла и смотреть с жестких платных мест? Да засмеют ведь.
— Пригласишь в гости.
— Я очень сильно сомневаюсь. Скорее нет. И дело не в деньгах.
— Именно она дает один из заказов. Но твой человек его срезал.
— Параметры совпали, наверное. Если образец в списке — то и личное присутствие заказчика не поможет.
— Не может этот образец быть в списке.
— ВМ лучше знает. Блокирование прошло — всё. Медблок не отработает. Я переоденусь, раз уж ты меня сорвала с пробега?
— Я мешать не буду. Ты не в моем вкусе. Или — буду. Мне нужны эти места.
— И чего это тебе так вперлось?
Джек приобнял Эдер за талию. Ух как напряглась.
— Всё-всё. В морду — не надо.
— Да ладно, все вы кобеля. И ты не исключение. Куда руку убрал?
— Не созрела. Я терпеливый, подожду.
— Кстати. Вот и подруга. Знакомьтесь, Альвина.
-…
— Привет Аль. В этой форме ты просто великолепна. Ну надо же, младший координатор.
— Ты мне не сказала, что знакома с Джеком.
— Ты и не спрашивала. Та-ак. Что за Джек?
— Не смотри на меня так, тетя. Это он консультантом работал в первом лагере.
— Надо же. Ну-ка, Крит, покажи мне свои че-естные глаза? Боевой офицер, защитник бедных девушек.
— Аль, ты не могла тетю… попроще выбрать?
— Не увиливай, ты еще с Торном разговаривать будешь. Надо же, Джек он.
— И кто у нас Торн?
— Папа. Он всё понимает, Джек.
— Твою дивизию. Женщины — это зло. Ты чего лыбишься, тетка?
— Мне нравится семейный бизнес.
— Не. Я здесь… В гости пошли. Нефиг здесь кормить чужие уши.
— Крит? Быстро ты вернулся.
— Ага. Это кресло — мое. И транслятор на восьмую дорожку ставьте. Там самое интересное сейчас будет.
И тут же за невысокой отгородкой образовалось лицо Роуна.
— Крит, очень хорошо, что ты успел. Замени Васка на восьмой. Там условия заявлены… он не поднимет.
— Да, мастер. Девочки, не скучайте.
На восьмой дорожке происходило что-то не совсем понятное. Фактически видно, что побеждает один боец, но судья дает победу другому. Короткий скандал, жесты… и бойцы кивают, соглашаясь.
— Трансляцию включай. Там картинку поставили.
А вот на трансляции рядом с фигурой каждого бойца крутится другая, смоделированная фигура. В доспехах.
-… по условиям боя, помолчите, Лоу. Эта встреча проводится в полной защитной одежде школы. Слева под рукой у синего бойца двойная накладка. Посмотрите имитацию. Младшим клинком такая накладка не пробивается. Его собственный удар прошел ниже защитных пластин красного.
И тут же на иммитации появляется крупный план указанного места.
— … Лоу перестаньте хамить, если не хотите полной отмены результатов. У вас легкие клинки. У школы Монн — тяжелые. Если вы не понимаете… понимаете, что вы только что потеряли младший клинок?
— Чего он так разоряется? Это ведь известные бузотеры. Они каждый раз встречаются и каждый раз у них проблемы с судьей. Прошлый раз Лоу сняли с турнира за то, что он судье в рожу дал. Самое смешное, что Тап его поддержал.
— Он, что думает и Джеку так? Кара, у нас сегодня зрелище будет.
Аль заржала.
— Аль, я ничего смешного не вижу. Эти двое уже пятый год в десятке.
— Они спортивную дорожку работают. А боевая подготовка — это немного другое. Да ты сама посмотришь.
Потеряв один из клинков, Лоу, вполне закономерно — проиграл. И со слостью пнул песок дорожки. Бойцы сошлись в центре, перекинулись парой слов… и двинулись к судье. Короткая свалка возле стула и судья, отряхивая куртку, что-то вчитывает поднимающимся с песка бойцам.
— Черт, самое интересное не показывают. Кара, ну что за бардак?
— Крит сейчас матерится. Не покажут.