Когда звезды хотят изменить твою судьбу, то просто это делают, без скидки на возраст, желания и силы, которых не всегда хватает подобное изменение принять и с ним смириться. Покровительство короля? Караван работорговца? Море ссыхается в пустыню, свет смешивается с тьмой. Сердце, раздавленное равнодушной рукой. Жизнь, пойманная в ловушку. Чего еще хотят звезды?
Авторы: Юлия Шолох
когда напротив, в кружевной тени дерева стоит Янош? И зрелища прекраснее невозможно представить.
Думаю, если бы не удивительно находчивый и легкий в общении Бронислав, компания получилась бы неважнецкая. Я только и делала, что пялилась на Яноша, он – на меня. Не то чтобы специально, просто как-то так получалось.
– Сейчас поворачиваем налево и выходим прямо к озеру, – командует Бронислав. Я смотрю на дорогу, чтобы вовремя свернуть, но тут же оглядываюсь проверить, а правда ли Янош здесь? Может, просто показалось?
– Вот где в этот раз разместили городской птичник, – глубокомысленно изрекает Бронислав, я послушно поднимаю голову, но что там может быть интересного? Птицы как птицы, все их цветное великолепие блекнет при одной мысли о Яноше, который так близко, всего на расстоянии вытянутой руки. С лица которого не сходит эта мягкая, завораживающая улыбка.
Злата, как обычно в обществе незнакомцев, осторожничала и помалкивала, так что Бронислав просто спасал положение, болтая обо всем, что видел – и какие чудные фонарики развешали по кружевным аркам Цветочной аллеи, и как замечательно играет оркестр, прибывший из долины Дымной топи. Правда, говорилось это все совершено ровным и даже уставшим голосом. Похоже, работают они вместе, и выспаться со вчерашнего для Брониславу, в отличие от Яноша, не удалось.
Потом вдруг как-то совершенно мимоходом выяснилось, что через день они уезжают по очередному заданию к Росчерку Асмаиловых гор и неизвестно, как долго будут отсутствовать.
Я даже от разглядывания Яноша отвлеклась.
– Подождите! Но Росчерк гор – это местность, где живет большая часть всех существующих темных магов! Там просто кишмя кишат круорги!
Наши спутники переглянулись.
– Панну Улу сложно сбить с толку, – Яношу, похоже, смешно, но он сдерживается. А что тут смешного? Поездка в горы, избранные темными магами за малонаселенность и труднодоступный рельеф, в котором при необходимости можно легко затеряться от преследования представителей закона не может быть развлекательной поездкой. Это очень опасно! И они так запросто об этом говорят, будто собрались прогуляться в лесу! Не травки редкие они туда едут собирать, ежу понятно. А светлый маг, по сравнению с темным, беззащитен, как цыпленок, по сравнению с ястребом!
– Зачем вам туда? – нет уж, милыми улыбками меня кормить поздно!
– Надеюсь, уважаемые панны не ждут, что мы как на духу выложим планы, которое, между прочим, относятся к заданиям из разряда тех, о которых не стоит лишний раз секретничать в людном месте, – безукоризненно вежливо заявил Бронислав.
Не стоит секретничать? Точно без разборок с темными не обойдется!
Я непроизвольно открыла рот и… сказала одно из тех слов, за которые мне в школе иногда влетало так сильно, что до сих пор помню! Воспитанная панна и знать подобных слов не должна, не то что употреблять, да еще в обществе! Помнится, однажды меня даже подвергли физическому наказанию, когда воспитательница вместо извинений за одно случайно вылетевшее слово тут же получила второе, поувесистей. Помню ее бледное лицо, ровное, как доска, и такое же твердое. Я тогда получила пять ударов палкой по рукам и почти неделю не могла писать и вышивать.
– Нужно выбить из тебя эту мерзость раз и навсегда! Раз и навсегда! Для твоей же пользы! – повторяла воспитательница, лично считая удары и даже не морщилась. Я, собственно, пребывала в уверенности, что у нее получилось. Оказалось, как и не бывало!
О, мать всех звезд, как же я могла! Пришлось закрывать глаза ладонью, чтобы немного успокоиться. Вот безмозглая курица, учили меня, учили, а что теперь Янош подумает? Ну, Бронислав меня мало волнует, Злата, предположим, и сама такие слова прекрасно использует, вставляя в разговор, когда посторонние не слышат. А он?
Когда, наконец, я решилась взглянуть на Яноша, он казался таким довольным, будто получил лучший комплемент из всех возможных.
– Браво, панна Ула! Вот теперь я все-таки уверен, что это действительно вы. А то меня постоянно преследует подозрение, что мне просто снится прекрасная незнакомка.
Он еще и смеется?!
– Мы вроде на «ты», – пролепетала я. Как растеряно звучит мой голос, даже странно. Неужели меня правда настолько волнует, что он там подумает?
– Я помню, Ула. Просто не хотелось пугать тебя еще больше.
Бронислав вдруг одним выверенным движением склонил голову в поклоне.
– Я был категорически против, когда мою кузину собрались отдать в закрытую школу. Подозревал,
