«Изгоняющий дьявола» Уильяма Питера Блэтти уже занял прочное место среди мировых бестселлеров. Он выдержал множество переизданий не только в США, но и в других странах мира и был переведен на десятки языков.
Авторы: Блэтти Уильям Питер
в себя. Услышав свое имя, Патерно взглянул на Киндермана и растерянно заморгал.
— Пока вы находились в исповедальне,— продолжал следователь,— неизвестный в черном стоял с другой стороны, а потом там оказался старичок, и уже после него мистер Маккуи. Вы говорили, будто слышали, как задвинулась шторка. Вы подтверждаете свои слова?
— Да, все было именно так.
— И поэтому вы решили, что тот, в черной кофте, уже закончил свою исповедь?
— Да.
— А вы не слышали, как священник снова открывает ширму? Может быть, он хотел еще что-то сказать ему?
— Нет, не слышал.
Киндерман кивнул и перешел в соседний отсек. Осмотревшись, он занял место священника.
— Сейчас я прикрою ширму с вашей стороны,— объяснил он Патерно.— После этого слушайте внимательно.— Он дернул ширму, потом очень медленно раздвинул противоположную и вновь обратился к Патерно: — Вы что-нибудь слышали?
— Нет.
Киндерман задумался. Патерно хотел было подняться с коленей, но лейтенант остановил его и попросил:
— Пожалуйста, мистер Патерно, не уходите пока.
Следователь покинул средний отсек, вошел в правый и встал на колени. Отодвинув свою ширму и, разглядев Патерно, который уже вновь отдернул свою шторку, скомандовал:
— Закройтесь и слушайте внимательно.
Патерно послушно задвинул ширму. Киндерман протянул руку внутрь среднего отсека, где должен был находиться священник, нащупал там металлическую ручку и попробовал закрыть ширму изнутри. Он задвинул ее почти до конца, а потом уже со своей стороны нажал пальцами на створку и захлопнул ее. Раздался приглушенный стук.
Киндерман поднялся и вновь направился к Патерно.
— Теперь что вы слышали? — осведомился лейтенант.
— Вы закрыли ширму.
— А походил ли этот звук на тот, что вы слышали в прошлый раз, когда ждали своей очереди?
— Да, точно такой же.
— Точно?
— Точно.
— Пожалуйста, опишите его.
— Как это — «опишите»?
— Ну, припомните, например, на что он был похож.
Мгновение поколебавшись, Патерно заговорил:
— В общем… сначала раздался звук, как будто ширма закрывается, потом наступила тишина, а немного погодя кто-то задвинул ее до конца.
— Значит, вы расслышали, что звук прекращался на некоторое время?
— Да, все было точно так же, как сейчас.
— А откуда вы узнали, что ее задвинули до конца?
— Тогда раздался такой же глухой стук. Довольно громкий.
— То есть громче, чем это бывает обычно?
— Да, стук был громкий.
— И не такой, как всегда?
— Да, громче.
— Понятно. А вы не удивились, почему после этого ширму не открыли с вашей стороны?
— Удивился ли я?
— Да, тому, что священник не обратился к вам.
— В общем… да, пожалуй, удивился.
— А когда вы услышали этот звук? Сколько прошло времени, прежде чем обнаружили труп?
— Не припомню.
— Минут пять?
— Не знаю.
— Десять?
— Не скажу точно.
— А может быть, больше, чем десять минут?
— Я не уверен.
Киндерман снова задумался, а потом спросил:
— А не слышали ли вы другие звуки, пока ждали здесь своей очереди?
— В смысле, разговоры?
— Что угодно.
— Нет, разговора я не слышал
— А бывает так, что вы все же слышите голоса во время чужой исповеди?
— Иногда Особенно в конце, когда исповедь становится по-настоящему искренней и говорят очень громко.
— Но на этот раз такого не было?
— Нет.
— Вообще никаких разговоров?
— Вообще никаких.
— Даже бормотания?
— Нет.
— Спасибо. Вы можете идти.
Патерно отвел взгляд от Киндермана, поспешно поднялся с коленей, вышел из исповедальни и присел на скамью рядом с другими свидетелями. Киндерман оглядел их еще раз. Адвокат время от времени бросал нетерпеливые взгляды на свои часы. Следователь обратился именно к нему:
— Итак, пожилой человек с пакетом… Мистер Коулман!
— Да? — откликнулся адвокат.
— Сколько времени, по-вашему, он находился внутри исповедальни?
— Минут семь-восемь. Может, и дольше.
— А после исповеди он оставался в церкви?
— Не знаю.
— Ну а вы, мисс Волш? Вы, случайно, не заметили?
Девушка никак не могла собраться с мыслями и тупо уставилась на следователя.
— Мисс Вольп?
Она вздрогнула.
— Да?
— Тот старичок с пакетом, мисс Вольп. После исповеди он ушел из церкви или остался?
Девушка еще некоторое время смотрела на него остекленевшими глазами, а потом наконец заговорила:
— По-моему, он вышел. Но точно сказать я не могу.
— Вы не уверены?
— Не уверена.
— Но все же вам кажется, что он ушел.
— Да, мне
