«Изгоняющий дьявола» Уильяма Питера Блэтти уже занял прочное место среди мировых бестселлеров. Он выдержал множество переизданий не только в США, но и в других странах мира и был переведен на десятки языков.
Авторы: Блэтти Уильям Питер
— «Конец»,— проворчала мать Мэри, не отходя от плиты.
— Да-да, именно,— подхватила Мэри.— Теперь я вспомнила. Она закричала: «Ему конец», а потом упала.
— «Ему конец» или просто «конец»? — не отступал Киндерман.— Припомни поточнее.
— «Ему конец»,— уверенно заявила Мэри. — Боже мой, у нее был такой странный голос… Как у оборотня. Что случилось с этой женщиной? Кто она такая?
Но Киндерман уже не слушал ее.
— «Ему конец»,— тихо повторил он.
В кухню заглянула Джулия.
— Что у вас тут происходит? — поинтересовалась она.— В чем дело?
Снова зазвонил телефон, и Мэри тут же схватила трубку.
— Алло?
— Меня? — спросила Джулия.
Мэри протянула трубку Киндерману.
— Это тебя,— объявила она.— Я думаю, надо налить бедняжке тарелку супа.
Следователь взял трубку и громко произнес:
— Киндерман слушает.
Звонил Аткинс.
— Лейтенант, он требует вас,— сообщил сержант.
— Кто?
— Подсолнух. Орет как резаный. И без конца повторяет только ваше имя.
— Хорошо, сейчас приеду,— коротко бросил Киндерман и повесил трубку.
— Билл, а это что такое? — услышал он за спиной голос Мэри.— Я нашла эту штуковину у нее в пакете. Именно это ты и хотел мне передать?
Киндерман обернулся, и сердце его чуть не выпрыгнуло из груди: Мэри держала в руках огромные хирургические ножницы.
— Разве нам это нужно? — удивилась Мэри.
— Конечно нет.
Киндерман вызвал полицейскую машину и вместе со старушкой отправился в больницу, где несчастную сразу же опознали. Она оказалась пациенткой психиатрического отделения, и ее тут же перевели в палату для буйных, чтобы понаблюдать и обследовать.
Киндерману доложили, что медсестра и санитар не получили серьезных повреждений и смогут выйти на работу уже на следующей неделе.
Удовлетворенный таким ходом событий, Киндерман направился в отделение для буйных, где в коридоре его уже поджидал Аткинс. Скрестив руки и прислонившись к стене, сержант стоял у открытой двери в палату номер двенадцать. На Аткинсе лица не было. Подойдя к сержанту, Киндерман с тревогой оглядел молодого человека.
— Что с вами стряслось? — забеспокоился следователь.— Что-то случилось?
Аткинс покачал головой.
— Просто он утверждал, будто вы уже приехали,— безучастным тоном произнес помощник.
— Когда?
— Минуту назад.
Из палаты вышла медсестра Спенсер.
— Вы пойдете к нему? — спросила она следователя.
Киндерман кивнул и сразу же шагнул внутрь, плотно прикрыв за собой дверь. Опустившись на стул, он увидел, что Подсолнух не сводит с него пылающего взгляда. «Что же изменилось в нем?» — удивился следователь.
— Мне позарез надо было увидеть вас,— произнес Подсолнух.— Вы мне приносите удачу. Я вам многим обязан, лейтенант. И так как это уже произошло, я хочу, чтобы вся эта история закончилась.
— Что же произошло? — заинтересовался Киндерман.
— Джулия легко отделалась, вы не находите?
Киндерман молчал, прислушиваясь к знакомому стуку падающих капель.
Подсолнух закинул назад голову и рассмеялся, а потом снова уставился на Киндермана горящими глазами.
— А вы сами не догадались, лейтенант? Конечно догадались. В конце концов вы поняли, как действуют мои драгоценные заместители, мои чудесные, славные, дряхленькие рыдванчики. Между прочим, они рачительные хозяева. Самих-то их здесь, конечно, нет. Их личности разрушены, и поэтому я могу спокойненько забираться в их тела. Но, разумеется, только на определенное время. Ненадолго.
Киндерман молча смотрел на Подсолнуха и не шевелился.
— Ах, ну да. Насчет вот этого тела. Это ведь ваш дружок, лейтенант? — Подсолнух громко расхохотался и постепенно безумный смех перешел в ослиный крик. Киндермана охватил ужас, он почувствовал, как волосы у него на голове встают дыбом. Подсолнух внезапно замолчал и уставился на лейтенанта пустыми глазами.— Ну вот. Я оказался тогда абсолютно мертвым, и мне это ужасно не понравилось. А вам бы понравилось? Меня это чрезвычайно расстроило. Понимаете? Я как будто плыл по течению. Тела никакого, а ведь я не успел провернуть самое главное дельце. Это нечестно. И вот на моем пути появился… Ну, назовем его «приятель». Вы понимаете. Один из них. Он считал, что я должен продолжить свою работу. Но только в этом вот теле. Именно в этом.
Следователь слушал его как загипнотизированный, а потом произнес:
— Но почему?
Подсолнух пожал плечами.
— Наверное, вы здорово его разозлили. Он решил отомстить. Вернее, пошутить. Ваш друг Каррас участвовал в изгнании дьявола, и ему удалось выдворить из тела ребенка, так сказать, кое-какие составные части.
