Цезарь умер. Клеопатра, вернувшаяся в Египет, ум и силы отдает на создание мощной империи на Востоке в противовес Римской. Ненасытный Рим старается поглотить Египет, сделать богатейшую из стран мира своей провинцией.
Авторы: Маргарет Джордж
неприятности на обычные дела. — Люди двое суток не ели. Ступайте, слуги вас отведут.
Когда гонцы ушли, я повернулась к Антонию.
— Что это значит? Как мы могли потерять один из самых надежных и важных опорных пунктов, гавань и крепость?
— Так далеко на юге… — повторил Антоний. — Кто мог ждать, что он совершит столь дальний бросок по диагонали и обрушится на южный фланг? Мы приготовились отразить нападение на севере, где могли бы перехватить его. Теперь… Не там ли теперь высадится и главная армия? Хорошо, что мы расположили наши войска посередине и они способна развернуться в любом направлении.
Да, он говорил верно. Но такое расположение было невыгодно с другой стороны: мы не могли помешать высадке врага ни на севере, ни на юге. К тому же очень непросто поддерживать в постоянной готовности оборонительные позиции, пытаясь предугадать движения противника.
— Что это значит? — повторил Антоний мой вопрос. — Сказать сейчас точно я затрудняюсь. Нашим провиантским судам придется теперь следовать более долгим маршрутом, держась подальше от берега, но снабжение от этого не прервется. И никакой армии Октавиана пока не видно. Подождем и посмотрим, какое место он выберет.
Однако ответ на вопрос «что это значит?» был получен очень скоро. Агриппа оставил в Мефоне сильную эскадру, которая стала совершать нападения на другие наши гавани, перехватывать корабли в открытом море и всячески вредить нам, препятствуя снабжению и ослабляя нашу оборону. Октавиан вместе с другой половиной флота теперь плыл в северном направлении и даже попытался захватить самый северный из наших опорных пунктов — на Корсике. Видимо, он намеревался использовать его для нападения на нашу главную базу у мыса Актий. К счастью, шторм помешал ему захватить остров.
Но его герой Агриппа продолжал свои вылазки, и вскоре корабли с Корсики вынуждены были уйти в море для защиты других портов. Активные боевые действия разворачивались исключительно на юге, и морские силы постепенно перемещались туда, оставляя север незащищенным. Под прикрытием этих действий, когда все наше внимание было приковано к Тенару, Закинфу, Итаке и Кефаллении, Октавиан внезапно переправил армию и высадился у Панорма, близ того места, где некогда сошел на берег преследовавший Помпея Цезарь. Примерно в сотне миль к северу от Актия и в паре сотен миль от нашего штаба в Патре.
Противник стремительно продвигался на юг в надежде захватить Актий внезапным ударом, пока наш флот отвлечен на борьбу с кораблями Октавиана, а армия далеко. Скорость их продвижения удивляла: всего через четыре дня после высадки они достигли гавани в устье реки Ахерон, последней гавани на подступах к Актию. Именно тогда мы узнали о его прибытии, и впечатление было ошеломляющим. Он как с небес свалился. Ну что ж, время пришло: после стольких месяцев ожидания мы должны совершить стремительный бросок в том направлении. Октавиан, надо признать, перехватил инициативу. Сумеем ли мы превратить нашу оборонительную позицию в наступательную?
— Он не захватит Актий, — заявил Антоний с неоправданной, на мой взгляд, уверенностью. Сложно ли для армии овладеть территорией, где почти нет войск противника? — Горловина залива имеет ширину всего в полмили, а на деле и меньше, потому что у выхода к морю там большие отмели. По обе стороны пролива высятся сторожевые башни, способные обрушить на корабли и воинов неприятеля град камней и зажигательных снарядов.
— А как быстро мы сможем привести туда армию? — спросила я.
— Мы выступаем немедленно, — ответил Антоний. — Основные сухопутные силы находятся здесь, в Патре, так что места назначения они достигнут за два-три дня. Необходимо спасать флот: если не обезопасить подступы к Актию с суши, войска Октавиана займут побережье и прервут снабжение находящихся в гавани кораблей.
— А как насчет остальной армии?
— Она последует за нами. Нам могут потребоваться новые силы, ведь сведений о численности высадившихся войск Октавиана у меня пока нет.
— Их достаточно для выполнения поставленной задачи, сомневаться не приходится, — проворчала я, угрюмо подумав, что Агриппа об этом наверняка позаботился.
Как и предсказывал Антоний, атака Октавиана была отбита. Он попытался выманить наш флот из гавани в открытое море и навязать сражение, полагая (вполне справедливо), что при отсутствии на борту солдат корабли не смогут выстоять в прямом столкновении. Однако наш командующий проявил смекалку: он приказал матросам и гребцам выстроиться на палубах с оружием в руках, изображая легионеров. При этом весла были подняты, словно в ожидании сигнала атаки, а корабли выстроены в боевой порядок. Блеф удался: Октавиан отступил,
