Бри Таннер, одна из новорожденных вампиров мятежницы Виктории, мечтающей уничтожить клан Калленов. Что привело ее в кровавое бессмертие — ненависть или любовь? Что заставило примкнуть к Виктории и ее приспешникам — жажда крови или желание выжить? Миллионы фанатов саги «Сумерки» задавали эти вопросы Стефани Майер — и она решила на них ответить… Перед вами потрясающая история, финал которой — лишь эпизод из саги «Сумерки». И эта история заставляет по-новому увидеть многих ее героев и многие ее события…
Авторы: Майер Стефани Морган
и настроились. Судя по лицам, они готовы были внимать всему, что скажет Райли.
Райли с серьезным видом встал посередине лестницы.
— Три пункта, — начал он. — Во-первых, нужно не перепутать вражеский клан. Если мы вдруг прикончим не тех, только проколемся понапрасну. Нам надо обязательно застать врага врасплох. Этот клан выдают две особенности, и обе достаточно приметные. Прежде всего, эти вампиры отличаются внешне — у них желтые глаза.
Послышалось недоуменное перешептывание.
— Желтые? — с отвращением переспросил Рауль.
— Вы еще мало с кем сталкивались из вампирского мира. Я же говорил, этот клан старый. Глаза у них слабее наших — пожелтели от возраста. Очередной плюс к нашим преимуществам. — Он кивнул самому себе, будто ставя галочку. — Но это не единственный старый вампирский клан, поэтому нам надо запомнить еще одну отличительную черту — вот это как раз и будет обещанный лакомый десерт. — Райли лукаво улыбнулся, выдерживая паузу. — Такое трудно себе представить, — предупредил он. — Я и сам не понимаю, как это, но видел собственными глазами. Эти старики настолько размякли, что держат у себя в клане ручную человеческую девчонку. Не шучу.
Ответом была глухая тишина. Никто не поверил.
— Да, понимаю, в голове не укладывается. Но это правда. Мы их легко узнаем по этой девчонке.
— А… как это? — не поняла Кристи. — Они людей сухим пайком что ли с собой таскают?
— Нет, девчонка всегда одна и та же, и только эта. Они ее не собираются убивать. Как у них это получается — а главное, зачем, — сам не знаю. Может, выпендриваются просто. Демонстрируют самообладание. Может, думают, что от этого выглядят сильнее. Мне не понять. Но девчонку я видел. Мало того, я взял ее запах.
Райли театральным жестом выудил из кармана куртки небольшой герметично закрывающийся пакет с какой-то скомканной красной тряпкой.
— Я уже несколько недель подглядываю за желтоглазыми — с тех пор, как они перебрались в эти края. — Он окинул нас отеческим взглядом. — Оберегаю своих крошек. В общем, короче говоря, когда стало ясно, что они движутся на нас, я добыл вот это, — он потряс пакетом. — Взял след. Вы все должны запомнить этот запах.
Он передал пакет Раулю, и тот, открыв застежку, изо всех сил потянул носом. А потом изумленно оглянулся на Райли.
— Вот именно, — кивнул тот. — Невероятно, правда?
Рауль, задумчиво сощурившись, передал пакет Кевину.
Один за другим вампиры перенюхали содержимое пакета, и все только глаза распахивали ошеломленно. Меня разобрало такое любопытство, что я даже отсела подальше от Фреда (поняв по легкой тошноте, что выбралась из-под прикрытия). Украдкой пристроилась рядом с Человеком-пауком, до которого очередь должна была дойти в конце. Он принюхался и уже хотел передать пакет обратно, но я негромко шикнула и протянула руку. Он спохватился, глянул недоуменно, словно видел меня впервые, и отдал мне пакет.
Красная тряпка оказалась, судя по всему, рубашкой. Я сунула нос в пакет, не сводя глаз со стоявших рядом (на всякий случай!), и вдохнула.
О! Теперь я поняла, почему у них у всех делались такие лица. У меня, наверное, получилось такое же. В хозяйке рубашки текла невероятно сладкая кровь. Райли не лукавил, когда говорил про лакомый десерт. И ведь я почти не испытывала обычной жажды, поэтому хоть глаза у меня и расширились в предвкушении, но горло не спешило болезненно сжиматься.
Я ощущала, как обалденно было бы попробовать эту сладкую кровь, но не мучилась, что не могу сделать это прямо теперь.
Интересно, когда я снова почувствую дикую жажду? Обычно она возвращалась через несколько часов после охоты; жгучая боль, едва тлеющая поначалу, разгоралась все сильнее и сильнее, пока — несколько дней спустя — от нее уже было не скрыться. Может, раз я сейчас столько выпила, боль отступит? Скоро увидим, решила я.
Я оглянулась, убеждаясь, что на пакет больше никто не претендует. Фреду ведь тоже будет любопытно понюхать. Райли, перехватив мой взгляд, улыбнулся краем губ и едва заметно указал подбородком на тот угол, где устроился Фред. Мне тут же захотелось развернуться и направиться в противоположную сторону. Эх, ладно. Незачем навлекать на себя подозрения Райли.
Я подошла к Фреду, преодолев волну тошноты, которая тут же спала, когда я оказалась в непосредственной близости. Отдала Фреду пакет. Великан улыбнулся, довольный, что я о нем не забыла, и понюхал рубашку. Потом задумчиво кивнул каким-то своим мыслям и с многозначительной улыбкой вернул пакет мне. Надо думать, в следующий раз, когда мы останемся