Добровольный Плен

и слушать.
– Надо запомнить, – зачем-то отвечаю, словно смогу когда-либо позволить себе такой напиток.
– Не надо, Ева, я запомнил, что оно тебе понравилось.
На террасу неожиданно вкатывает тележку с блюдами парень в белом кителе, похожем на поварской. Нам подают запеченную нарезанную ломтями утку, украшенную зеленью, и соус с кусочками апельсинов. Парень желает приятного аппетита и быстро удаляется. Я допиваю шампанское, не прикасаясь к еде, поскольку боюсь сделать что-то не так, а мужчина берет вилку и нож… Он даже ест красиво – режет мясо маленькими кусочками и отправляет их в рот. Никогда не думала, что можно восхищаться и зависать, смотря, как человек ест. Боюсь, у меня так не получится, и я заляпаю соусом рот и одежду.
– Ешь, Ева.
– Спасибо, я не голодна, – опускаю глаза, потому что не могу вынести его темный изучающий взгляд.
– Попробуй немного, тебе понравится. – Он протягивает мне свою вилку с кусочком утки. Замираю, не зная, как себя вести. – Открой ротик… – И я открываю, пробуя мясо с его вилки. Это действительно вкусно. – Нравится? – в его глазах горит огонь, и, кажется, я в нем сгораю. Киваю и слизываю остатки соуса с губ. – Расслабься, ты напряжена, просто ешь и наслаждайся вкусом.
Он наливает мне еще шампанского и удовлетворенно кивает, когда я начинаю есть. Это трудно, когда следят за каждым твоим движением и стоит тишина, разбавленная только городскими звуками. И, конечно же, капля соуса летит на мою блузку и оставляет пятно.
– Простите…
Извиняюсь и беру салфетку, пытаюсь оттереть соус, но делаю еще хуже. Становится так неловко и стыдно, что хочется сбежать. Весь вечер я нахожусь в напряжении и никак не могу расслабиться.
– За что ты извиняешься?
– Я такая… – не могу найти себе определения. – Это некрасиво… и…
– Ева, это всего лишь капля соуса, не стоит извиняться, и обращайся ко мне на «ты».
– Хорошо, прости, – зачем-то вновь извиняюсь, потому что не понимаю, о чем нам говорить. Я вообще не понимаю, зачем я здесь. Нервно отодвигаю тарелку и бокал. Я хочу домой, мне стыдно, неловко и немного страшно. – Кто вы? Что вы от меня хотите?.. Ты хочешь… – поправляюсь, путаясь в обращениях.
А он молчит, долго меня изучая, будто думает над ответом. Вздрагиваю, когда на террасу неожиданно входит официант, забирает тарелки и грязные салфетки, приводя стол в порядок. Иностранец вновь наполняет мой бокал, а себе наливает воды.
– Меня зовут Давид Далматов, – откидываясь на спинку стула, произносит он. Давид – красивое имя, ему подходит. – Мой отец был русским, мать испанка.
– Был? – спрашиваю я, а потом поправляюсь. – Извини, это не мое дело, – беру бокал, чтобы чем-то занять руки.
– Он умер от рака десять лет назад.
– Прости, я не знала, – отпиваю еще шампанского.
– Еще раз извинишься – накажу, – с полуулыбкой, но угрожающе говорит он. Он же пошутил? Что значит – накажу? – Так вот, я живу в Испании и работаю в сфере отдыха и развлечений. Отели, рестораны ночные клубы и прочее. Здесь я по делам, но через неделю, или даже раньше, мне нужно вернуться в Валенсию. Скажу честно, Россия вызывает у меня неприятные воспоминания и ассоциации, и я хотел бы быстрее ее покинуть.
– Ты раньше жил здесь? – спрашиваю, а сама испытываю что-то сродни разочарованию. Он скоро уедет…
– Я здесь родился и прожил пятнадцать лет.
– Ясно, – вздыхаю и допиваю шампанское.
Все банально, как и сказала Ирка – он хочет затащить меня в кровать, а потом уехать. Наверное, собирает коллекцию девственниц.
– Что тебя расстроило в моем рассказе?
Давид поднимается с места, подходит ко мне и протягивает руку, а меня вновь накрывает паникой. Я не хочу с ним спать! Я хочу домой, мне страшно! Я не хочу, чтобы мной пользовались. Дура! Зачем я вообще сюда приехала?!
– Я не хочу… можно мне домой? – с надеждой спрашиваю, но все же подаю ему руку.
Давид помогает мне встать и ведет к перилам.
– Чего ты не хочешь? Кажется, я еще ничего тебе не предлагал, – усмехается он и облокачивается на перила, смотря на ночной город.
Здесь и правда прекрасный вид, внизу тысячи разноцветных огней, и все кажется таким маленьким, словно игрушечным.
– Я… я… не знаю, что сказать, чувствую себя в ловушке.
– Ты та, которую я долго искал, – вдруг говорит он. – Я хочу забрать тебя с собой, увезти из этой страны и дать все, что ты заслуживаешь. Ты красивая, обаятельная и уникальная девушка, таких почти не осталось…
Прекращаю дышать, потому что мне никто не говорил, что я уникальная. Я обыкновенная!
– Что значит «забрать с собой»? – боюсь посмотреть в его глаза, иначе соглашусь на все, что он предлагает. Меня одолевает