Точно в кошмарном сне, внезапно ставшем явью, гордая и высокомерная английская аристократка Арабелла оказалась… в гареме могущественного бея Орана. Напрасно клялась себе девушка, что великолепный Хамил эль-Мокрани не добьется ее ни любовью, ни хитростью, ни силой. Отважный воин, в самое сердце пораженный сверкающей красотой пленницы, решил, что рано или поздно она будет принадлежать ему — причем не по принуждению, а по закону страсти — душою и телом…
Авторы: Кэтрин Коултер
он встал и расстегнул широкий кожаный пояс, Рейна придвинулась к нему вместе со стулом.
— Минуту, милорд! Если вы собираетесь разгуливать передо мной обнаженным, то я б хотела получше рассмотреть то, чем наградила вас природа.
Адам грозно насупился, однако пальцы застыли на пуговицах панталон.
— Вы решили наконец сбрить эту устрашающую бороду?
— Нет. Борода — украшение мужчины. Панталоны упали на пол, и он встал перед девушкой высокий, мускулистый, идеально сложенный. Рейна не могла отвести от него глаз и тихо выдохнула:
— На свете нет мужчины прекраснее вас, милорд! — И, вспомнив его слова, в отчаянии закрыла лицо руками. — Но ты знал так много женщин! Неужели можешь после этого хотеть меня? Я такая… обыкновенная.
Ее безыскусная простота была куда более сильным оружием, чем присущее опытным куртизанкам умение обольщать. Но нет, он не попадется на удочку, не позволит себе поддаться ее очарованию!
— Обыкновенная, Рейна? Я весьма тщательно рассмотрел тебя и нашел, что с годами твоя внешность, вероятно, немного улучшится.
Рейна так густо покраснела, что Адам не выдержал и громко расхохотался, отчего ей еще сильнее захотелось дать ему пощечину.
— Оказывается, больше всего меня привлекают мягкие каштановые завитки между твоими бедрами, — добавил Адам.
— По крайней мере я не такая темная и волосатая, как некоторые!
Адам потянулся, прекрасно понимая, что Рейна неотрывно наблюдает за ним, шагнул к ванне и стал намыливаться, распевая во всю глотку фривольную матросскую песенку. К тому времени как он принялся подробно описывать чувства капитана, задравшего юбку служанки, Рейна была багровой от смущения…
— Отвратительно, — прошипела она наконец. — И голос у тебя скрипит как несмазанная дверь!
— Может, повторить еще раз? Я давно не упражнялся, — пояснил Адам и, услышав, как охнула девушка, снова загорланил. Но, заподозрив что-то неладное, смахнул с глаз мыльную пену. Рейна была уже у двери.
— Если ты выйдешь из каюты, — свирепо пригрозил он, — обещаю, что неделю не сможешь сидеть!
Худенькие плечи обреченно опустились. В этот момент на Адама нахлынуло некое подобие жалости, но он решительно подавил желание приласкать девушку. Безмозглая дурочка! Ему не хватало только объясняться с лордом Делфордом! Вне всякого сомнения, он и его пятеро сыновей готовы разорвать Адама на части! И что теперь делать с ней, когда корабль бросит якорь в Оране?!
Адам рассерженно схватил полотенце и начал энергично растираться. Он как раз успел натянуть чистую одежду, когда Беньон принес ужин. К счастью, еды хватало — порции жареного цыпленка, вареного картофеля и зеленого горошка были весьма велики.
— Если будешь так неумеренно поглощать вино, тебе станет плохо, — предупредил Адам, увидев, как Рейна в два глотка осушила третий бокал. Девушка поспешно отставила графин.
— Адам, — прошептала она немного погодя, — я знаю, ты сердишься на меня, но…
— Это слишком мягко сказано, мадам!
— Но я не могла оставаться в Неаполе, притворяясь перед родителями, будто твоя судьба мне безразлична, и знать, что не сумею вовремя тебя защитить!
— Защитить?! Господи Боже, Рейна, ты собираешься меня защищать?!
Рейна гордо вскинула голову:
— А кто, по-твоему, удержит тебя от какой-нибудь типично мужской глупости, и…
— На этот счет мы с тобой придерживаемся разных мнений!
— …и если ты перестанешь то и дело перебивать меня…
— Вы сами дали мне право, мадам, делать с вами все, что я захочу, черт возьми!
— …и прекратишь меня запугивать, мы могли бы…
— Тебе повезло. Я слышу шаги Беньона.
Камердинер в полном молчании убирал посуду, украдкой переводя взгляд с угрюмого лица хозяина на пунцовое личико молодой дамы.
— Похоже, вечер будет чудесным, — наконец осмелился выговорить он, пристально изучая цыплячьи кости.
Адам с шумом отодвинул стул и встал.
— Пойду подышу свежим воздухом. Мадам, вы останетесь здесь. Я достаточно ясно выразился?
Рейна, избегая его взгляда, кивнула.
— Сейчас принесу вам чистой воды, мисс, — пообещал Беньон, когда Адам выскочил из каюты. — Если хотите, я вытряхну и почищу вашу одежду.
— Спасибо, Беньон.
Рейна торопливо умылась, краешком глаза посматривая на дверь. Оставалось только надеть одну из батистовых рубашек Адама. Стащив с узкого топчана одеяло, она улеглась на пол, укрылась с головой и принялась ждать.
Во всяком случае, он не побил ее и не велел капитану возвращаться в Неаполь! При мысли о родителях угрызения совести вернулись с новой силой. Горькая слезинка поползла по ее щеке. Простят ли они ее когда-нибудь? А Адам? Отважная Арабелла,
