я. Неужели передо мной богиня?! Мамочки, страшно-то как… А я ещё боялась, когда меня к директору вызывали. Вот что такое настоящий страх…
— Зачем ты обратилась ко мне, дитя? – вскинула бровь она.
Значит, точно богиня смерти и увядания Морена.
— Я провожу обряд возвращения навеки утраченного.
— Вот как? И что же ты хочешь вернуть? Имей в виду, что мертвых из мира нави я не возвращаю.
— Нет-нет, — покачала головой я. Вдохнув полную грудь воздуха, заговорила: — Мой друг болен. Он получил травму и уже много лет не может ходить. Врачи говорят, что надежды нет, и ничто уже не поможет. А я очень хочу помочь ему. Вся надежда на вас.
Ну а что? Боги же любят, когда им льстят.
— Хм, — протянула Морена, сложив алые губки бантиком и окинув меня оценивающим взглядом. – Не часто у меня просят за кого-то другого. Как зовут твоего друга?
— Токарев Владислав Сергеевич.
Богиня нахмурилась и повернула голову вправо. Может, мне показалось, но ветерок, подувший в её сторону, принес с собой какие-то голоса.
— Он охотник. А ты ведьма. Зачем ты пошла на это? Он угрожает тебе? – жестко спросила она.
— Нет! — воскликнула я. Сейчас ещё разозлится и навредит Владу.– Он помог мне, приютил и дал защиту и кров. Он очень хороший. И мне хочется что-то сделать для него, чтобы отблагодарить.
Это правда, но ещё хотелось попробовать самой организовать столь сложный ритуал. Но об этом я умолчала.
— Вот как… Что ж, я чувствую, что ты не лжешь мне, ведьма. Но ты не боишься, что, встав на ноги, он попросту убьет тебя? Ведь такова их природа.
— Нет, не боюсь, — как можно уверенней ответила я. – Он не такой. Он хороший.
— Допустим, — кивнула Морена. – Теперь обсудим вопрос цены. Я вижу, что требовать чью-то жизнь у тебя бесполезно – ты слишком невинна, а вот силу вполне можешь отдать.
— Что? – заволновалась я. – Как это?
— Очень просто. Не бойся, я не отниму твою ведьмовскую силу надолго. Скоро она восстановится. Тем более, раз ты смогла позвать меня, значит, у тебя очень хороший потенциал. Отдай мне воплощение своей магии и твой друг будет полностью здоров, — властным и сильным голосом потребовала она и исчезла. А вместе с ней растворилась и лесная поляна.
— Руслана, очнись! – кто-то нещадно тряс меня и хлестал по щекам. – Давай же!
Я открыла глаза и увидела бледное испуганное лицо Ани.
— Слава богу! – выдохнула она и помогла мне подняться. До этого я лежала на полу перед алтарем.
— Что произошло? – спросила я, потирая переносицу.
— Ты упала. Сидела, сидела, и вдруг глаза закатились и все – шмяк на пол. Я тебя трясу, трясу, а ты никакая. Хоть пульс есть. Я уже хотела идти Влада будить.
— Нет, все нормально, — улыбнулась я. – Это был транс. Я встречалась с богиней.
— Как? – Аня так округлила глаза, что казалось, они сейчас вывалятся.
— Вот так…
— Что она потребовала? – перешла охотница к делу.
— Ножницы есть?
— Ножницы? Зачем? – нахмурилась она.
— Нужно. Неси.
Аня принесла большие острые ножницы. Я колебалась лишь секунду. В конце концов, волосы отрастут рано или поздно, а Влад сможет жить полноценной жизнью. Одним движением я отрезала свои волосы почти под корень. Аня испуганно ахнула. Я не обратила на это внимания и положила волосы на пепел. Не прошло и пяти секунд, как они оказались охвачены синим пламенем и исчезли. Отвар изменил свой цвет: если раньше он был светло-зеленым, то теперь стал красным.
— Дар принят, — прошептала я. – Теперь нужно дать Владу отвар, но завтра, а не сейчас.
К моему удивлению, Аня подошла ко мне и крепко обняла.
— Спасибо тебе, — прошептала она. – У тебя были такие красивые волосы. Знаешь, я даже завидовала…
— Ничего, отрастут, — грустно улыбнулась я.
В волосах заключена сила ведьмы. Чем они длиннее и гуще – тем больше в женщине магии. Отрезав себе волосы, я временно лишила себя сил. Печально, но оно того стоило.
Я почувствовала сильную слабость. Аня, видя это, сказала, что сама здесь все уберет, а меня отправила спать. Я упала на кровать и мгновенно заснула.
Утром меня вновь разбудила Аня.
— Руся, у нас проблемы, — серьезно произнесла она.
— Что случилось? – потянулась я, вставая с постели. Так и заснула, не переодеваясь.
— Приехали Веник с Васей и сидят в кабинете уже три часа, — с досадой произнесла Аня. – Мне не терпится дать Владику это зелье, но я хочу, чтобы мы остались одни.
Логично. Если он встанет и пойдет прямо на глазах у братьев, которые ничего такого не ожидают, это может плохо кончится. Начнутся разбирательства, допросы… Лучше, если мы объясним все Владу, а он – остальным.
— Что делать? – спросила я.
— Ждать.
Мы просидели в моей комнате до четырех
