Проблема в том, что без посторонней помощи заставить зараженного человека выпить это – практически невыполнимая задача. Упыри агрессивны, особенно после захода солнца, стремятся покусать как можно больше людей. Не все становятся ими, многие погибают после укуса, не выдерживая изменений. Обычно охотники их отслеживают и убивают, а тут допустили возникновение целого притона.
— Есть способ, — ответил я, также смотря в тарелку.
— Вот как? Интересно послушать? – я уловила в его голосе насмешку. Он не воспринял мои слова всерьез и хочет посмеяться над наивностью юной ведьмочки.
— Я могу создать особое заклятье, которое вырубит их всех на некоторое время. Как раз можно будет успеть влить им в глотки отвар. Ты ведь знаешь, что только ведьма может вылечить упыря?
Влад задумался. Такой вариант он даже не предполагал.
— Что нужно для такого заклятья? – наконец, спросил он.
Можно подумать, я наизусть помню!
— Некоторые травы, — обтекаемо ответила я.
Под предлогом того, что мне нужно в туалет, я удалилась и сняла с шеи амулет. Оказавшаяся у меня на коленях книга открылась на нужно странице. Откуда только знает, что мне нужно? Неужели все слышит?
Так… Снова непонятный язык, для прочтения которого приходится прилагать усилия.
«Усмирение упыря»
Упыри – неприятные и даже опасные существа, но ведьма может легко с ними справиться и обезопасить себя. Для этого свари отвар из багульника и аконита. В руках ведьмы он обретает силу и не требует особого хранения или настойки. Не пей его! Он опасен. Нарисуй глифу отваром у себя в доме и прочитай заговор. Все упыри падут и выбьются из сил при подходе к твоему дому.
Хм… Это осложняет дело. Рядом прилагался рисунок витиеватой руны, которую мне нужно было нарисовать отваром на поверхности и прочитать заговор. Так, теперь нужно узнать, как их лечить. Книга вновь открылась сама.
«Исцеление упыря»
Готовь зелье. Страстоцвет раскрывшийся опусти в холодную воду, не топи его. Вода должна медленно закипать, а цветок – отдавать ей свою силу жизни. Когда вода станет синей, остуди её и удали цветок. Три капли масла подсолнечника завершат приготовление. Зелье готово. Влей его в горло заболевшему, и он станет прежним.
Повесив амулет на шею, я вернулась на кухню. Влад подозрительно прищурил глаза.
— Что-то ты долго.
— Я знаю, как их спасти, но есть маленький нюанс – я должна пойти с вами и присутствовать там.
— Исключено, — отрезал Влад. – Мы, охотники, с трудом с ними справляемся, а тебя они просто загрызут и не заметят этого.
— Влад! – воскликнула я, смотря на него как на монстра. – Мы можем спасти двадцать невинных жизней. Неужели ты сможешь просто убить их, зная, что мог бы спасти? Это же люди!
Влад сверлил меня напряженным взглядом, потом достал телефон и послал вызов.
— Алло, привет, — произнес он. – Тут у Русланы есть одна идея. Она предлагает не убивать упырей, а исцелить. Говорит, для этого ей нужно будет там присутствовать. Чего ты смеешься? Она на полном серьезе это предлагает. Говорит, мы сможем спасти двадцать человек. Что? – он нахмурился. – Я не хочу подвергать её опасности. Но… Ладно… — Влад положил телефон на стол и напряженно посмотрел на меня. – Сколько тебе нужно времени для всего этого?
— Совсем чуть-чуть, — просияла я. Похоже, его семья с ним не согласилась и готова принять мою помощь. – Мне потребуется несколько трав, но их можно и в аптеке купить, и цветок страстоцвета.
— Что? – не понял Влад. – И где я тебе его достану?
— Он должен быть в цветочных салонах или оранжереях. Сейчас он называется пассифлора. Он очень красивый и крупный, синего цвета. Мне нужен только цветок.
Владу явно не нравилась вся эта ситуация, он нервно постукивал пальцами по столу.
— Влад, двадцать жизней важнее, чем моя пресловутая безопасность, — убеждала его я.
— Не говори так. Будешь держаться всегда рядом, ни на шаг не отходишь. Поняла? – строго спросил он.
Я активно закивала.
Влад уехал добывать мне ингредиенты, а я так и сидела на кухне.
— Зря ты так, ведьма, — послышался знакомый голос домового. – Он охотник, для него это дело привычное, а ты просто девчонка, — он материализовался рядом с окном. – Загрызут ведь.
Я отметила, что его тон стал более миролюбивым. Наверное, понравилось угощение.
— А если нет? Двадцать человек могут лишиться жизни, если я не помогу. Как мне потом жить, зная, что я могла бы их спасти?
— Опасное это дело.
