Дочери тишины

за нее, что ей делать. Браслет. Он начинает контролировать ее действия. Свободной рукой Дженна потянулась к браслету, чтобы снять его.
— Нет, — рявкнул Саймон.
Рука Дженны безвольно опустилась и плетью повисла вдоль туловища. Но внутри нее все клокотало от ярости. Она хотела жить! Она должна была как-то сбросить с себя то проклятие, которое несли в себе Фиары.
— Тебе было бы гораздо лучше, если бы ты носила браслет все время после того, как мы его тебе подарили, — сказала Анжелика. — Ты бы перенесла все гораздо легче. Посмотри на свою подругу. Она совершенно не напугана.
Дженна взглянула на Хэлли. Ее подруга стояла прямо, глядя в стену. Лицо ее по-прежнему ничего не выражало, расширенные глаза были пустыми. Золотое сердце трепетало и билось у нее под кожей. «Нет, — подумала Дженна. — Она не напугана. Но она не может чувствовать и думать. И спасти себя она не может».
— Если вы считаете, что это — легче, то я лучше буду бояться, — прошипела в ответ Дженна.
Анжелика улыбнулась.
— Наша девочка, похоже, очень сильна духом, — сказала она.
— Совсем как Джулия, — отозвался Саймон. — Точное совпадение.
— Абсолютно точное, — с довольной улыбкой кивнула Анжелика.
Саймон вытащил из сундука череп, внимательно осмотрел его и осторожно положил на пол. Анжелика достала другой череп, положила его рядом с первым и снова склонилась над сундуком.
Дженна посмотрела в черные пустые глазницы черепов и содрогнулась. Джулия и Ханна. Это были их черепа. Их кости.
Вспомнив страшную легенду, которую ей рассказала Хэлли в первый вечер после ее приезда, Дженна почувствовала, как смертельный холод разливается по ее телу. Время от времени, гласила легенда, скелеты сестер Фиар ходят по земле.
«Сколько попыток уже сделали Фиары? — спрашивала себя Дженна, замирая от страха. — Сколько жизней они погубили ради своей безумной идеи — воскресить Джулию и Ханну?»
Фиары были увлечены своей работой — они раскладывали кости на две кучки. Дженна не могла понять, откуда они знают, какие кости принадлежат Джулии, а какие — Ханне. И надо сказать, что ее это мало интересовало. Ей хотелось одного — выбраться отсюда.
Вскоре сундук опустел. Анжелика взяла один из черепов и ласково погладила его гладкий белый верх.
— Совсем скоро, — пробормотала она себе под нос. — Ханна, девочка моя, совсем скоро ты будешь с нами.
Она осторожно уложила череп поверх одной из кучек костей, потом выпрямилась и повернулась к двери.
— Время пришло, — сказала она.
Длинный язык черного тумана появился в двери. Он перевалился через порог и заструился вниз по ступенькам. Это было только начало — целое облако черной тени стало постепенно заполнять подвал.
Невыносимый запах разложения ударил Дженне в ноздри. Внутри этого облака двигались какие-то смутные тени, еле видные создания без формы.
И снова Саймон взялся за свой медальон. Лампа зашипела, и пламя в ней уменьшилось. Черные тени сгустились, как будто они вобрали в себя всю энергию умирающей лампы.
Потоки черного тумана спустились по ступенькам и направились прямо к костям Джулии и Ханны, нежно обхватывая их, как будто гладя. Тонкие язычки тумана забирались в глазницы черепа Ханны, длинная струйка черного дыма клубилась во рту у черепа Джулии.
Саймон улыбнулся своей жене и взял ее за руку.
— Ты готова, любовь моя? — спросил он.
— Я была готова с того самого дня, когда наши бедные девочки умерли.
И Фиары принялись ходить кругами вокруг костей своих дочерей, Анжелика в одну сторону, Саймон в другую. В еле теплившемся свете лампы его лицо стало похоже на чудовищную маску, состоящую из острых краев и жестких линий. Но Анжелика с ее безумными глазами и неземной, неестественной красотой выглядела еще ужаснее.
Они остановились, взяли друг друга за руки и начали петь. Дженна не могла разобрать слова, но странный звук наполнил ее сердце ледяным ужасом. Она инстинктивно чувствовала, что в словах этой чудовищной песни содержится какое-то сильное заклятие. Злая сила. Такая мощная и свирепая, что все в этом подвале подчинено ей.
Лампа в последний раз мигнула и потухла. Тени заполнили комнату. Дженна думала, что сейчас она задохнется от отвратительного запаха и вкуса смерти, которые несли с собой Саймон и Анжелика. Теперь она видела только бледное свечение белого платья Анжелики, а также сияющие в темноте зубы Саймона.
— Пожалуйста, — прошептала Дженна. — Помогите. Помогите нам, кто-нибудь.
Но она знала, что никто ее не услышит, никто не поможет ей.
Хэлли и она попали в ловушку по милости супругов Фиар. По милости. Но ни Саймон, ни Анжелика не знали значения слова