Ведьмовской дар бездельниц не любит, а увлеченных награждает. Попав в другой мир и оказавшись там ведьмой, Марина твердо намерена развивать свой дар, она настроена на серьезную учебу и работу, и замужество ей в этом не мешает. Но кое-какие семейные обстоятельства вынуждают притормозить… а проще говоря: «Дорогой, мне кажется, я беременна!» И хотя беременность для нашей героини — событие радостное, оказывается, что выносить ребенка с потенциалом сильного мага-огневика не так-то просто… А если вмешаются еще несколько осложняющих факторов?
Авторы: Кручко Алёна
как назовем малыша, — предложил он. — Есть мысли?
Я уже думала об этом. И поняла, что выбрать имя в честь кого-то из моих родных и любимых, оставшихся в прошлой жизни, будет… не то чтобы неправильно, скорее слишком больно. Пусть прошлое остается в прошлом, это лучше, чем, обращаясь к ребенку, вспоминать совсем другого человека, невольно сравнивать… зачем?
— Девочку — Тоней, Антониной. По бабушке, — Костя знал о бабушке Тоне, я рассказывала ему. — А если мальчик, выбери имя ты, хорошо?
Он улыбнулся.
— Михаил.
— Как твой папа? Хорошее имя для мальчика, мне очень нравится.
Честно говоря, хотя имя мне и в самом деле нравилось, думала я о другом: скорее бы Анастасия Васильевна приехала! Мне казалось, Костя слишком уж долго меня подпитывает, это тревожило. Все настолько плохо? Вдруг так выкладываться вредно даже такому сильному магу, как Костя? Его-то подпитать некому! Вон какой бледный, и поди пойми, то ли от испуга, то ли от истощения резерва…
Словно в ответ на мои мысли, внизу хлопнула дверь, и низковатый, почти оперный голос Анастасии Васильевны разнесся по всему дому:
— Ау, хозяева, где вы?
— Беги, встреть, — шепнула я Косте. Он поцеловал меня и убежал вниз, оставив дверь открытой.
Мне хорошо слышны были его быстрые шаги вниз по ступеням, по коридору, а доктор, похоже, успела без его помощи снять пальто и переобуться: едва Костя спустился, как она тут же скомандовала:
— Веди, где твоя Маришка. Посмотрим, что там стряслось.
Снова шаги, двойные… Поднимались быстро, Костя на ходу очень тихо что-то говорил — как я ни вслушивалась, разобрала лишь отдельные слова: «спала на кухне за столом», «ледяные», «почти пусто»…
— Так, Марина батьковна, рассказывай, — я невольно отметила, что одышки у Анастасии Васильевны в помине нет, а ведь почти сто лет женщине!
— Здравствуйте, — я попыталась улыбнуться, но, кажется, получилось что-то слишком уж жалкое.
— Здравствуй, здравствуй, — проворчала она, подходя к кровати и проводя надо мной руками. Мне тоже стало интересно, но не в таким состоянии смотреть ауры… Ой, а ведь я и не попыталась проверить свою ауру, едва ощутив недомогание! Прав Костя, нужно с этим что-то делать. Привыкать быть ведьмой не только в работе, но и в быту. — Муж твой говорит, последние дни ты выматывалась, хотя с резервом все неплохо было, и сегодня собиралась отдыхать. Рассказывай, как отдыхала?
Кажется, я покраснела. Домашние дела не утомляли меня и были в радость, но все же ответ «убралась в доме, сходила в магазин, замесила тесто, сварила борщ, начистила картошки на пюре» как-то не очень хорошо будет сочетаться со словом «отдых».
— Борщ, — сказал Костя. — Большая кастрюля чищеной картошки. Тесто. Кстати, солнышко, я его Вериной дочке отдал, чтобы не пропало, у тебя сегодня постельный режим.
— Ясно все с тобой, — вздохнула Анастасия Васильевна.
— Но я отлично себя чувствовала, — попыталась я спорить. — Оно как-то внезапно началось. Когда я уже ушла из кухни и залегла с книжкой.
— Я тебя в кухне нашел, — возразил бдительный супруг. — И кружка разбитая валялась, весь пол в осколках, ты бы так не оставила, уж будто я тебя не знаю.
Пришлось объяснять в подробностях.
— Я сумела спуститься. Испугалась очень, казалось, сознание потеряю, а в спальне даже воды нет, и лекарства все на кухне, сборы ведь, все равно заваривать нужно. Спустилась, сама не помню, как, хотела напиться, кружку уронила. Воды в лицо поплескала, попила немного из ладони. Помню, сладкого хотелось, я как до табуретки добралась, так и встать боялась. Пила заварку из чайника, на столе стоял, и сахаром заедала, ну и отпустило немного. Встала, борща поела, попила уже своего чая, ну и заснула. Успокоительный под руку попался…
— Чай с напиткой? — быстро спросила Анастасия Васильевна.
— Да, весь. То есть, Костин тоже.
— Хорошо. Вот что, Марина батьковна, расскажи-ка, что у тебя дома есть готовое и где, а Костя мне покажет, что нужно будет. Тебе самой пока лучше вылежаться. В тепле, под одеялом и без лишней суеты.
— С ребенком точно все в порядке? — спросила я, сжав под одеялом кулаки.
— Более чем, — непонятно хмыкнула Анастасия Васильевна. — Не волнуйся, все объясню, но сначала с лечением разберемся.
Я быстро перечислила: сборы, которые заваривала каждый день и потому держала в кухне в шкафчике, аптечка экстренной помощи там же в кухне, снадобья, которые готовила впрок — в шкафу в подвале…
— Без дела ты не сидела. Пойдем, счастливый папаша, соберем все нужное, мне одной не перенести. В спальне нужно экстренный запас хранить! Заварила, половину отлила — и сюда. А ну как
