На войне нет правых и виноватых, нет вечных трусов или безбашенных героев. Есть только выжившие в аду или навсегда оставшиеся в чужих джунглях. И лишь один человек стоит на грани жизни и смерти, пытаясь дать последний шанс боевым товарищам. Вернуть к жизни, отвоевав еще один вздох, еще один удар сердца. Или навсегда закрыть глаза другу, прикрывшему спиной бойцов сводной бригады спецназа… Нескладный доктор, волею судеб заброшенный на чужую войну. Старина док… Всем не вернувшимся с полей сражений посвящается…
Авторы: Борисов Олег Николаевич
курсы еще можно заказать на Тортугу для состоятельных джентельменов, то косметологи едут с большой неохотой. Потому как не без основания опасаются, что остаток дней так и проведут на забытой всеми богами пиратской планете. И мои бывшие таланты кудесника пластики оказались неожиданно как нельзя кстати. И теперь через день я заглядывал то к одному состоятельному клиенту, то к другому. Улыбался, вел светские беседы, уточнял с пациентами перечень манипуляций. И старался не обращать внимание на вечную охрану, буравившую мне спину злыми взглядами. Ребятам щедро платили за недоверие, а какое может быть доверие к «лепиле», высунувшемуся как чертик из табакерки из ниоткуда, да еще допущенному так близко к хозяину, чье тело следовало охранять ценой собственной жизни.
— Мешки под глазами мы уберем на следующей неделе. Я не рекомендую делать сразу все. Это может плохо сказаться на общем самочувствии. Поэтому, предлагаю сегодня почистить кожу, убрать эти два шрама, исправить носовую перегородку, поврежденную в молодости, и подготовить лицо к восстановительной терапии в понедельник. Вот компьютерная модель, на которой видно, как вы будете выглядеть завтра утром. Послезавтра. На выходных. И то, чем мы займемся в последнюю очередь.
— А если сразу? Какого черта ждать…
Как обычно — клиент хочет все и сразу. И думает, что если он может выложить чемоданчик с деньгами, то это изменит законы окружающего мира. Ведь именно так он меняет законы своего криминального сообщества.
— Можно и сразу. Вот модель, как тогда поведет себя ваша кожа. Трехнедельные отеки, синева под глазами, возможная повторная операция через месяц… Я бы не рекомендовал. Лучше сделать все в два этапа с отдыхом, чем надорваться в самом начале… Скажите, господин Шлифт, бои по третьему каналу смотрите? Да? А кто из бойцов больше нравится? Понятно… А как думаете, если взять парня с улицы и поставить против чемпиона, сколько он продержится?… Согласен, секунду… А если парня готовить два-три года у хороших мастеров, накачать анаболиками, поставить болевые блокаторы? Вот… И я бы задумался, на кого поставить — на молодого претендента, или уже уставшего чемпиона.
Я свернул картинку и вежливо улыбнулся. Господин Шлифт: обрюзгший боров, жрущий без меры и забывший, что такое пешая прогулка на сто метров. Но возмечтавший о роже Апполона, согласно последней моде Тортуги. Контрабандист и поставщик любого спиртного в округе, начиная от элитных вин, и заканчивая вонючей бормотухой. Очень упрямый и ограниченный человек. К которому надо найти подход. Или за опухшее чужое лицо с меня легко могут содрать собственное.
— Поэтому представьте, что вам надо подготовиться к решающему бою. Лично вам. И если вы шагнете на ринг прямо сейчас, то потеряете торварный вид на месяц, или больше. А так, шаг за шагом, мы с вами вылепим отличный результат. Диета, специальные препараты, перед сном — витаминные маски и кислородные коктейли. Один шаг к будущей победе, другой, и скоро ваши компаньоны удавятся от зависти, потому что мы получим лучший результат из возможных. Но — следуя плану, а не пытаясь головой пробить стену… Вы — свой собственный тренер. Вы — создатель победы. Не поверю, что в делах вы так же спешите, когда надо выждать перед продажей редкой партии вин на перегретом рынке.
Похоже, клиент доволен. Лесть, блудословие, выдвижение его на первые роли. И доктор — он уже где-то рядом, за канатами ринга. А вся слава победителя — ему, великому стратегу… Уф, сработало.
— Итак, с вашего разрешения, предлагаю начать с этой процедуры…
Никаких жучков, никаких глупых шпионских штучек. Только улыбки окружающим и открытые уши, чтобы ловить любую фразу. Я — «лепила». Особа, приближенная к самому верху. Мне доверяет босс, значит, я почти свой. И поэтому со мной можно поддержать беседу, посмеяться глупой шутке, поболтать о погоде или обсудить ставки на тотализаторе. Меня можно провести по внутренним коридорам анклава, не тыкая носом в стенку, когда мимо проходят другие гости. Меня даже можно угостить чаем на кухне, где сгрудившись в кучу водители орут от возбуждения, наблюдая на подвешенном вверху экране очередную потасовку в прямом эфире — трансляцию из портовых складов, где конкуренты выясняют отношения. И док орет вместе с ними, требуя продолжения зрелища, а потом благодарит за вкусный чай и идет к выходу, стараясь не потеряться за провожающим.
— Какого черта?! Он откуда здесь? Это же…
К сожалению, я не Тибур. И не Самсон. Я не спецназовец, способный ударом пальца отправить врага в нокаут. Я всего лишь доктор, не сумевший увернуться от сокрушающего удара по затылку. И грош цена теперь собранной информации, если мое обмякшее