На планете с ранним феодальным строем разбивается грузовой звездолет, контрабандой перевозивший боевых роботов. Выжившие роботы начинают выполнять последнюю заложенную программу ‘Охрана периметра’.
Авторы: Перемолотов Владимир Васильевич
Страшно было смотреть на это, но это была их работа.
– У кого святые стрелы остались? – дрогнувшим голосом спросил десятник. – Хоть одна.
Он сам понимал, что просит слишком многого. Святая стрела, заговоренная Братьями, при удаче могла пробить любой доспех. Обадвое показали полупустые тулы. Пусто. Ничего…
– Святых нет. Но я свои, как знал, что пригодится, два дня на спине у третьего воплощения Кархи держал, – предложил Випана десятнику – Попробуй, может и поможет…
И такая против колдуна все лучше чем простая стрела, а уж в руках умельца и простая стрела может помочь правильному делу. Где они там, колдуныневидимки? Раз есть тень, то и человек есть.
Стрела сорвалась с тетивы и ушла вперед и вниз, но, видно, Божий помощник рядом стоял, крылом взмахнул и Карха отвел руку! Сбив пригоршню углей, стрела вонзилась над головой невидимки.
Тень совершенно почеловечески присела, погрозила кулаком, и из пустоты прогремел голос.
– Не стрелять, дураки! Мы за вас!
Двадцать вздохов все молчали, как громом пораженные. Да и что скажешь, если с тобой пустота разговаривает? Только молитву произнесешь, только маловато молитвы. Тут сплясать надо праведному человеку, да как тут на такой высоте сидя спляшешь. Да и где его найдешь, праведногото в оранжевой роте?
Зато пока молчали, нашлось объяснение!
– Это не колдуны! Это охотники за демонами, – прошептал Клеун. – Точно они!
– Монахи?
Десятник слышал, что когдато, во времена установления Мира и заточения Пеги в Тот Самый Камень были среди монахов такие, кто в одиночку мог противостоять демону, только когда это было… Да и ретивости у братьев против прежнего куда как меньше стало, измельчал народ…. Все смотрели на десятника, ожидая, что тот скажет, а что сказать? Хорошо если это монахи, а то вдруг хитрые демоны со зловредными умыслами? Тут только одно и оставалось – следить да присматривать.
Туземный город Саар.
Развалины.
С боевым лазером оказался правый, под номером одиннадцать. Он стоял не очень удобно, за кучей битого кирпича, но что делать. От него сейчас исходило самая большая опасность. Среди развалин метатель был не оченьто и страшен, но боевой лазер… Даже каменная стена за которой мы прятались, оказались плохим укрытием.
– На счет «три».
В голове мелькнуло, что мы с шефом уже так сработались, что можно было бы новую работу поискать. На военном поприще, разумеется. Диверсантами или чемто подобным. Со стрельбой изза угла и возможным отравлением колодцев…
– … три!
Точно можем! Вон как здорово получается!
Ракета угодила под башню, и взрыв сбросил её с корпуса. Кибер развернуло боком. На долю секунды его движители приподнялись над землей, и я закусил губу, надеясь, что сила взрыва всетаки опрокинет его на бок, но…Он устоял, но башня пробила обугленную стену и канула там, заваленная бревнами. Кибер став ниже, взревел мотором, рванул в сторону, уходя с линии выстрела.
– Уйдет! – заорал Чен в охотничьем азарте. – Добей!
Если что и случилось в этот день по настоящему чудесное, так это то, что шефа не убило. Оставшийся целым другой кибер в этот момент хлестанул длинной очередью по развалинам, в которых тоже сообразили, что случилось, и также радостно заорали.
В шефском комплексе ракет больше не осталось, а у меня оставалась последняя и тратить её на то, чтоб добить безголового не стоило.
– И ладно. Кому он нужен без излучателя?
Я оказался не совсем прав. У кибера еще оставались гусеницы и он ими умело распорядился.
Он не думал. Программа все решала за него. Не разбирая дороги, механизм по прямой рванул прочь от нас, сметая по пути все, что еще стояло. Оставшийся целым, с номером, которого не разглядел ни я, ни Чен начал пятится за ним, поливая спекшейся глиной развалины в которых орали туземцы.
Победой бы я все это назвать бы не рискнул, но половина виктории была налицо.
Имперский город Саар.
Торговая площадь.
Голова с одного из рыцарей слетела и, сшибая остатки стен, покатилась в огонь, что догрызал развалины корчмы Пузатого Кавы. Незваный гость словно получил хороший удар булавой по башке, от которого его приподняло и чуть не перевернуло. После того, что демоны сделал со славным Императорскими панцирниками смотреть на это было утешительно.
Брат Пошша, не выдержав радости, заорал, замахал руками. Тут бы ему и смерть, но десятник извернулся и свалил монаха на землю. Монах попытался вскочить, но десятник не дал – не хватало в конце дела в смерть нырнуть! Только монах оказался не из простых. Извиваясь под жилистым латником, он восторженно орал во все горло.
– Добейте их, Братья! Добейте их! Чтоб на семя не осталось!
Кто хотел сверху, тот видел –
