На планете с ранним феодальным строем разбивается грузовой звездолет, контрабандой перевозивший боевых роботов. Выжившие роботы начинают выполнять последнюю заложенную программу ‘Охрана периметра’.
Авторы: Перемолотов Владимир Васильевич
мы сходили на то место, где машины схлестнулись с теми, кто умудрился затащить в лес камнеметы. В живых там осталось не более двух десятков человек. Зрелище было не для слабонервных. Кровь, кости, раздавленные трупы… Мы сумели вытащить оттуда живых за реку и местные унесли их к себе….
Я всегда считал шефа железным человеком, с канатами вместо нервов и выдержкой как у камня, но он оказался куда человечнее.
После одного взгляда на художества киберов его вырвало. Мотая головой, он долго хрипел над лужей, вытекшей из него, а потом перекатил я на спину.
– Все, – сказал он неожиданно ясным голосом. – Все.
– Что «всё»?
– Хватит с меня, – опять захрипев, сказал он. – Уйду с такой работы…
– Куда? Куда ты денешься?
– Да хоть в метеорологи, – прохрипел он – Хоть куда угодно…. Только не это.
Так что жизнь сама подталкивала нас к единственно правильному решению.
С киберами следовало кончать и как можно скорее.
Только, вот беда, нечем было кончатьто.
Из серьёзного оружия у нас оставалась только одна единственная ракета, да и то, серьезным оружием её можно было бы назвать только условно. От одной ракеты киберу ущерба – только почесаться. В Десятого мы восемь штук вбили и то, едваедва хватило… Других ракет не было. Те, что мы подняли со дна реки, годилось только на то, чтоб забивать ими гвозди.
Гвоздей, впрочем, у нас тоже не было. Яму на дороге выкопать? Смешно… Всетаки ничего у нас не получится с киберами. Надо либо Адама ждать либо чтото с туземцами придумывать. Только что? Заколдованный круг какойто получался. Лента Мебиуса…
– Не знаю я чем их останавливать. Ни тех, ни других…
Чен кивнул.
– Я пока тоже. Но есть мысль… Помнишь, как мы «крысу» ловили?
– Помню.
Он сказал и умолк. Мы смотрели друг на друга.
– Башня? – вспомнил я. Шеф кивнул.
– Ничего более серьезного предложить не могу. Но, согласись, это шанс.
Я поскреб щетину уже отросшую и превращавшуюся в бороденку. Действительно ничего другого у нас не было.
Сам не знаю, почему я отрицательно покачал головой. В этот момент я чувствовал себя так, словно сидел сразу в трех местах и видел сразу три картинки, только понятной была одна, а смысл остальных ускользал.
Я вспомнил яркое лезвие луча, вонзавшееся глину, и у меня вырвалось:
– Бесполезно это все…. Ничего у нас не выйдет.
Шеф насторожился.
– Предчувствие? Сердчишко вещует?
Я кивнул, понимая, что это вообщемто глупо..
– Если хочешь – да…
– Предчувствие? Ты веришь в предчувствие? – весело удивился Чен. – А в приметы?
– А это не одно и тоже?
– Нет. Примета – одно. Предчувствие – совершенно другое.
Я понимал, что он «забалтывает» меня, снимая внутреннее напряжение, но ничего не мог с собой поделать. Хотя мы и одни курсы по ведению переговоров кончали, и я понимал что происходит, однако ничего поделать не мог. Хотелось выговориться, выплеснуть из себя предчувствие беды.
– Тогда скажу – верю… Не знаю как в приметы, а в предчувствия – да. Не могу объяснить почему, но верю. Приходилось уже убеждаться…
– Все правильно. Предчувствия сбывается, если они является проекцией наших ОСОЗНАННЫХ недостатков и при этом накладывается на воображаемое нами будущее.
– Сказал, как проклял, – пробормотал я.
– Ничего подобного. Все научно! Сейчас поймешь. Например, есть человек, осознающий, что он ленив, и понимающий, что лень – мешающий ему недостаток, должен оправдать возможный проигрыш и ищет в примете оправдание этому. Он «предчувствует», что не сделает это и – не делает! Но мыто не такие!? Мыто понимаем, что нужно и делаем что нужно! Потому что нужно!
Он махнул рукой.
– А примет нет…
– Согласен.
Чен не дало мне сказать. Похоже, что и ему тоже нужно было выговориться..
–.. ибо если будущее отбрасывает тень в прошлое (а это и есть примета – сигнал из будущего) то это будущее одновариантно. Оно запрограммировано, и, следовательно, что бы ты не делал, случится то, что предначертано. А если будущее многовариантно, то примет не может быть изза того, что будущего еще нет и нечему отбрасывать к нам сюда свою тень. Уговорили мы себя?
Я засмеялся.
– Уговорили.
Правый берег Днепра.
За Стеной Зла.
Контейнер с аккумуляторами стоял там же, где ему и было положено стоять – посреди цветущей зелени. И кабель от него тянулся в туже сторону, что и прежде, и кусты кругом не стали ни гуще, не реже. Все вроде бы было, как и в тот раз, но чтоб в этот раз все не повторилось в точности, как и в прошлый, мы, уже наученные горьким опытом, отсоединили кабель от аккумуляторов и пользуясь случаем зарядили невидимки и разрядники. Чен после этого прекратил вспыхивать
