На планете с ранним феодальным строем разбивается грузовой звездолет, контрабандой перевозивший боевых роботов. Выжившие роботы начинают выполнять последнюю заложенную программу ‘Охрана периметра’.
Авторы: Перемолотов Владимир Васильевич
первый.
Не выпуская разрядника из рук, инженер прошелся по берегу, выбирая место, чтобы зайти в лес.
– Локатор включи, – напомнил ему Мартин. Окрыленный победой, Сергей небрежно отозвался:
– Ладно, не учи…
Он коснулся плеча, и антенна микролокатора закрутилась, ощупывая пространство вокруг них. На всякий случай – береженый убережется – Сергей прострелил заросли парализующим разрядом. Ветви деревьев вздрогнули, всколыхнулась трава, и лес успокоился.
Привычно втиснув плечи в лямки НАЗов, люди зашагали к еще невидимым горам.
Стена деревьев, переплетенная лианами и кустами, вставшая поперек их пути, на первый взгляд казалась неодолимой преградой. Но они делали несколько шагов вперед, и те, словно испугавшись серьезности намерений «новгородцев», расступались, уступая, людям дорогу.
Иногда лес, словно проникшись к ним симпатией, подбрасывал им мелкие подарки.
Все тут было такое же, как и на той стороне реки, может быть, только немного иначе.
То шум пробивающейся изпод земли воды выводил их к роднику, скрытому в зарослях папоротника, то в сумрачном, процеженном сквозь кроны деревьев свете перед их глазами представала укромная полянка, усыпанная крупными ягодами. Звериные тропы выводили их на берега мелких лесных речек, звеневших в камнях маленькими водопадами…
Но люди, не обращая внимания на красоты, одолевали дорогу.
Трижды локатор отмечал в зарослях чтото живое и крупное, но звери, к счастью, не проявили к людям ни малейшего интереса.
Четыре часа спустя они вышли к огромной поляне. Лес кончался там внезапно, словно обрезанный бритвой, и все пространство, сколько хватало глаз, покрывали холмы метров десяти высотой, похожие на громадные муравейники. По поляне метался горячий ветер, и холмы, выбритые им до чистоты корабельной палубы, гудели как высокочастотные трансформаторы. Воздух над поляной корчился, струями взлетая вверх. Через минуту люди закрыли лица руками – не было сил выносить этот зной. Перекрывая свист ветра, настойчиво толкавшего их в спину и приглашавшего людей зайти и зажариться, Сергей крикнул:
– Обойдем. Тут не пройти…
В отместку ветер тут же заткнул ему горло горячим воздухом. Сергей ухватился рукой за шею, закашлялся, краснея лицом. Мартин кивнул. Помня наставления капитана, они лишь на минуту остановились, определяя, насколько опасна обнаруженная ими диковина. Приложив окуляры бинокля к глазам, Мартин разглядывал холмы, как вдруг ближайший из них сдвинулся с места и потек прямо к ним. Склоны его, только что лысые, зашелестели мгновенно появившейся зеленой шерстью. На верхушке его она шевелилась, словно волосы на голове насмерть перепуганного человека.
Острое и холодное, как звездный свет, чувство ужаса коснулось людей. Все это было настолько мерзко и непереносимо, что, даже не пытаясь применить оружие, они бежали под защиту леса. Только там, когда между ними и Волосатым Муравейником оказались деревья, Сергей вспомнил, что держит в руках разрядник. Удержавшись от ненужного теперь выстрела, он вертел его так и этак, словно гдето внутри него было заложено объяснение их недостойного поведения. Понимая глупость своего вопроса, он всетаки спросил:
– Что это?
Видно было, что слова вылезают из него помимо воли, но он ничего не мог с собой поделать. Волосатый Муравейник остановился на краю поляны и сердито шелестел шерстью.
– Может быть, Маввей? – предположил Мартин, считая, что на глупый вопрос нельзя давать умный ответ. – А самто ты как думаешь?
Но Сергей уже оправился от неожиданности.
– Эка поганый твой Маввей. Я себе получше Маввей выберу!
Инцидент был исчерпан. Холм явно не рвался войти в лес, и Сергей демонстративно опустил разрядник.
– С собой не приглашаем, – крикнул он холму. – Идем незнамо куда… А ведь напугал он тебя! – оборотился Сергей к коллеге. В голосе его слышалось явное удовлетворение. – Штаны менять не пора?
– Кто бы говорил. В одни кусты бегали. Глаза Мартина, пока он отвечал Сергею, не отрывались от Волосатого Муравейника, но тот стоял спокойно, только изредка подергивался. Лбом он упирался в дерево.
– Напугать бы его…
Сергей с сомнением посмотрел на холм. Все это было. настолько чуждо человеку, что он сказал:
– Еще неизвестно, есть ли у него чем бояться… Поняв, что люди к нему не выйдут, холм успокоился, и склоны его пошли морщинами, словно лоб у задумавшегося человека.
– Размышляет стервец! – восторженно сказал Мартин.
– Еще неизвестно, есть ли чем ему размышлять… – находясь в той же задумчивости, откликнулся Сергей.
– Не знаю, есть ли ему чем думать и чем бояться, но куда шишку посадить, тут места точно
