На планете с ранним феодальным строем разбивается грузовой звездолет, контрабандой перевозивший боевых роботов. Выжившие роботы начинают выполнять последнюю заложенную программу ‘Охрана периметра’.
Авторы: Перемолотов Владимир Васильевич
раз я их, кажется, убью…
Слова были тяжелыми, как камни. Штурман чегото ждал. Но чего? Этого он не мог понять и сам. Может быть, чуда? Чтобы кони и люди, летевшие им навстречу, исчезли, испарились, развеялись… Или сочувствия от Хэста? Но тот был частью этого мира и далек от сантиментов и душевных переживаний.
– Ну так убейте! Чего вы ждете? До отряда оставалось не более сотни метров.
– Если получится. Для меня это в первый раз… Может не получиться…
– Что – в первый раз? Мартин криво усмехнулся:
– Это все…
Хэст от удивления опустил меч. Лицо господина благородного Штурмана казалось странно бледным и растерянным.
«Он же боится, – понял Хэст. – Он же… Неужели…»
– Тебе еще не приходилось убивать? – спросил он осторожно, самим тоном вопроса извиняясь за нелепость предположения. Маввей был настолько удивлен, что даже перестал смотреть за рыцарями.
– Нет, – сквозь зубы сказал Мартин. – То есть да. Не приходилось.
Почемуто ему стало стыдно. Индикатор на разряднике засветился рубиновым светом. Техника сделала свое дело. Теперь нужно было только направить ствол на живых людей и нажать на клавишу спуска.
– Что же у вас там за страна такая? – удивился Хэст Маввей Керрольд. – С такимито порядками. Полжизни, человек прожил и не убил никого…
– А у нас там земля круглая, – невпопад ответил Мартин. – И демократическая республика.
Мысли его уже были там, под копытами коней. Лицо стало жестким. Необходимость того, что он собирался сделать, он понимал и разумом, и сердцем. Он выдохнул, словно перед прыжком, и луч, тонкий как провод, связал разрядник с отрядом рыцарей.
Огненная точка быстро скользнула от одного края к другому, но и этого оказалось достаточно, чтобы остановить казавшийся неодолимым напор закованных в железо всадников.
Поперек всего ряда вспыхнула дымная полоса, и в ту же секунду весь ряд с железным грохотом упал на землю кусками лошадиных туш и человеческих тел.
Пара лошадей, на которых еще какимто чудом сидели половинки людей, проскакали мимо стиснутого ужасом и отвращением Мартина. Из обрубков тел струями била вверх кровь и тащились следом ленты кишок.
Расширенными глазами штурман проводил их. Через секунду оба обрубка накренились и, ничем более не удерживаемые, съехали с крупов и упали на землю.
Не в силах вынести все это, он побледнел еще больше. Содержимое желудка подкатило к горлу. Руки сами ухватились за неистово бьющуюся жилку на горле. Удивленный взгляд Хэста отрезвил его. На мгновение он почувствовал себя укротителем в клетке с хищником, перед которым нельзя показывать своей слабости, взял себя в руки, посмотрел вперед.
Живым, по крайней мере невредимым, остался только один всадник. Он сидел в седле неподвижно, словно парализованный. То ли это был настоящий паралич, то ли удивлен он был настолько, что потерял способность двигаться. Лошадь его смирно стояла на месте, мотая головой. Рыцарь мог бы, если бы был в состоянии двигаться, подъехать и зарубить Мартина. Тот стоял, выронив разрядник и борясь с отвращением к самому себе, но рыцарь не двигался с места.
Исход схватки решила лошадь. Она повернулась и, не чувствуя руки хозяина, побрела вниз. Всадник, деревянно покачиваясь, заскользил по склону вниз, и вскоре силуэт его скрыла темнота. Хэст смотрел, как он удаляется, и не сдвинулся с места. То, что он только что увидел, поразило его настолько, что он позволил врагу беспрепятственно уйти.
Из темноты доносились стук копыт, ржание и человеческие стоны. Было ясно, живые там еще были, но целые – нет. Рыцарь расслабил мышцы, и из груди его вырвался могучий вздох.
– Даааа! – сказал Маввей. В голосе его плескался океан восхищения. – Обязательно съезжу к вам за море, посмотрю, как вы там живете. Может, прикуплю себе чегонибудь…
Ничего не ответив, Мартин, с трудом переставляя ноги, пошел назад, к кустам. После того что он увидел, в голове осталась только одна мысль: «Дело сделано, дело сделано…» Перед глазами качались в галопе брызжущие кровью половинки человеческих тел.
Двигаясь словно автомат, он дошел до поляны. Не думая ни о пчелах, ни о змеях, раздвинул кусты, огляделся. Там все стояло на своих местах. Деревья, камни, ползали ослепленные солдаты, лежали парализованные… Все было на месте. Все, кроме одного. Сергея там не было.
Мартин замер. Все, что было в нем до этой минуты – страх, злобу, стыд, – унес поток адреналина, выброшенный в кровь надпочечниками. На задний план ушло все – и муки совести, и чернорясые разбойникипаралитики, и только что располосованные им на части конные туземцы, и все остальное. Внутри все смерзлось, словно туда попала холодная молния.
– Хэст! – крикнул он. – Хэст!
