На планете с ранним феодальным строем разбивается грузовой звездолет, контрабандой перевозивший боевых роботов. Выжившие роботы начинают выполнять последнюю заложенную программу ‘Охрана периметра’.
Авторы: Перемолотов Владимир Васильевич
не будет. Поэтому он спокойно позволил себя связать, в надежде, что ему дадут возможность запомнить дорогу… Да и вообще.
Но их никуда не понесли. Среди дикарей началась свара, а причиной ее стал… разрядник Мартина.
Пленников, словно кучу поленьев, свалили около дерева, и Сергей увидел, как маленькие голые люди, все более и более возбуждаясь, показывали то на них, то на разрядник. С разрядником вроде было все ясно – вещь редкая, на болотах нечасто встречающаяся, а вот кто именно из людей заинтересовал дикарей, он разобраться не мог. Ни он, ни Мартин предметом такого интереса быть не могли, и инженер покосился на Маввея. Железо на нем выдавало его как человека из другого мира, но «новгородец» ошибся. Хотя железа и начищенного блеска в разряднике было несравненно меньше, чем в рыцаре, он интересовал их гораздо больше.
О чем они спорили, было неясно. Переводчик пока неуверенно переводил только два слова «один» и «три». Дикие сыны леса постепенно приходили в буйный восторг. Никакими другими словами Сергей не мог назвать то состояние буйного ликования, в которое впали голые лесные. жители. Крик стоял на всей поляне. Об охоте все уже позабыли. Каждый считал своим долгом криком высказаться, но, поскольку слов у них было мало, все буйство эмоций уходило в жестикуляцию и нечленораздельные крики. Подняв разрядник над головой, рослый одноглазый дикарь кричал, надувая жилы на горле:
– Три, три, три…
К его голосу вскоре присоединились и другие. Но и их противники не остались в стороне от дискуссии. Противник одноглазого, тряся копьем, завопил:
– Один, один, один…
– Что у вас там? – спросил капитан. – Вы все живы?
– Я живой и здоровый, – сообщил Сергей. – а Мартин и Хэст только живы.
Он покосился в сторону Хэста. Он был в кирасе, и трудно было понять, дышит туземец или нет, и он честно добавил:
– Кажется…
– Мартин?..
Сергей не успел ответить. Мартин очнулся и спросил:
– Что они там считают?
Его не столько интересовал ответ на этот вопрос, сколько желание показать, что он жив и может говорить.
– Помоему, нас. Больше некого.
Прямо перед ними разыгрывалась драма идей. На их глазах одноглазый, аккуратно положив разрядник в траву, выпрямился. История тут шла неспешной поступью. Пушки, как последний довод королей, еще не были изобретены, но чтото похожее уже бродило в головах аборигенов. Поэтому, исчерпав аргументы, одноглазый резко и точно двинул своего оппонента прямо в челюсть.
Не считаться с этим было никак нельзя.
От удара противника подбросило вверх. Он без крика пролетел несколько шагов и упал в ряды своих сторонников. Одноглазый повернулся к нему спиной и затряс руками. Сергей понял, что одноглазый уверен в неопровержимости этого аргумента. Доведя свою точку зрения до противной стороны, он даже не поинтересовался, есть ли у нее достойные аргументы против. Уверенный в себе одноглазый даже не поинтересовался, что стало с противником. Он повернулся к своим и, подводя итог спору, утвердительно прокричал:
– Три!!!
Возразить ему никто не посмел. Толпа молчала, но спор еще не был завершен. Противник предпринял еще одну попытку решить спор в свою пользу. Подхватив копье, он с упрямым криком: «Один, один, один!» побежал к подпиравшим дерево людям.
Одноглазый замешкался, купаясь в лучах всеплеменной славы, и упустил момент, когда еще мог помешать. Его противник пробежал уже шагов двадцать, когда победитель в дискуссии сообразил, что перестал быть центром внимания. Уже понимая, что не успевает, он бросился следом, пытаясь помешать бегущему впереди экстремисту…
Одноглазый уже почти выбрался из толпы, когда ктото то ли случайно, то ли нарочно попал ему под ноги…
Противник не видел этого. Потрясая копьем, он с унылым криком «Один, один…» летел к дереву.
– Помоему, нас хотят разлучить, – сказал ничего не понимавший и поэтому ничего плохого не думающий Сергей.
– Помоему, тоже, – согласился с ним Мартин, судорожно дергаясь и пытаясь порвать веревку. Он догадывался, что тут может случиться, и копье в руке дикаря принимал всерьез. – Причем навсегда…
Все трое отчаянно скребли ногами, пытаясь подняться. Маввею это удалось. Тяжело раскачиваясь от неудобства, он прыгнул навстречу копью, но дикарь упал на землю, перекатился, в движении ударил рыцаря древком под колено. Маввей задохнулся ругательством и упал лицом в траву.
– Капитан! – завопил Сергей, наконецто понявший, что все то, что вокруг происходит, очень серьезно.
– Капитан! Сделайте же чтонибудь…
– Уже делаю…
Ошеломленный происшедшим не менее путешественников, но не потерявший способности соображать и принимать решения, он бросил
