На планете с ранним феодальным строем разбивается грузовой звездолет, контрабандой перевозивший боевых роботов. Выжившие роботы начинают выполнять последнюю заложенную программу ‘Охрана периметра’.
Авторы: Перемолотов Владимир Васильевич
результата,
– Где хозяин? – спросил он, имея в виду хозяина фонаря. Бали не ответил, стараясь уследить за Мартином, ушедшим кудато в темноту, и при этом еще не поворачиваться спиной к Хэсту.
Спустя мгновение оттуда послышался металлический лязг.
– Чтонибудь еще?
– Чтонибудь…
Он вышел, неся перед собой продолговатый ящик.
– Полевая метеостанция! – узнал ящик Сергей. «Новгородцы» склонились над ним. Глянув на маркировку, Сергей определил:
– Выпущена не меньше трех лет назад, а может, и больше, а включали ее около года назад.
– Что и требовалось доказать, – грустно подытожил Мартин. Он посмотрел на Бали. – Даже спрашивать страшно, что они с ним сделали.
Чтобы не говорить на эту грустную тему, Сергей нажал на кнопку «прогноз», но станция молчала. – Не трудись. Нет энергии.
Делать было нечего. Нужно было искать ответ на самый главный вопрос, но перед тем, как задать его жрецу, Мартин спросил Сергея:
– А может быть, он сам куданибудь делся?
– Правильнее будет думать, куда они его дели. Если мы будем думать так, то, может быть, и уцелеем.
Хэст Маввей Керрольд, до сих пор молчавший, подал голос от двери;
– Мы теряем время. Что мы тут ищем? Или у нас других дел нет?
Посвоему он был прав. Ни его сестра, ни ремонтники в анабиозе от этого сидения ничего не выигрывали.
– Это очень важно для нас, – ответил Сергей. – Эти вещи принадлежат нашему соотечественнику. Возможно, он гдето здесь, и тогда он поможет нам.
– Очень важно?
– Очень, – подтвердил из темноты Мартин. – Он ведь дворянин, а дворяне должны помогать друг другу. К тому же, может быть, он сам нуждается в нашей помощи. Вы же видели, какое тут гостеприимство…
Дворянская взаимопомощь – дело для Хэста святое. Это «новгородцы» уже уяснили и без зазрения совести пользовались простотой туземца. Тот взмахнул руками, словно собирался улететь отсюда, но передумал.
– Тогда давайте спрашивайте, но только так спрашивайте, чтоб эта гадина отвечала… А хотите, я спрошу?
Хэст поднялся. Вцепившись в ставню, загораживающую окно, он сорвал ее, открыв свету путь в святилище. Снаружи раздался дружный вздох, превратившийся в песню. Под ее аккомпанемент допрос плавно сдвинулся с места.
– Что это? – для начала спросил Мартин, показав на метеостанцию. Бали уже пришел в себя, а может быть, песня напомнила ему, что у него еще есть силы для борьбы с пришельцами, и по его ответу стало ясно, что они уже упустили время. Он выработал свое отношение к посланцам Великого.
– В маленькой комнате Великий держал маленького Бога. Он делал погоду.
Мартин продолжал с выражением любезного интереса смотреть на него, а Сергей пробормотал:
– Он ненормален. У него все в голове перепуталось. И причины, и следствия.
– Притворяется, – не согласился с ним рыцарь. – Дайтека я его кинжалом.
Мартин повернулся к Маввею. Тот с совершенно мирным видом сидел под окошком и резал кинжалом лавку. Над головой его, словно грязные мысли, роились мухи. Он отмахивался от них, но работы не прекращал. Увидев, что Хэст занят делом, Мартин забеспокоился. Не связывались както в его голове резьба по дереву и Хэст Маввей Керрольд.
– А выто что делаете с лавкой?
– Ложку, – спокойно объяснил рыцарь. – Я вычерпаю у него из брюха все внутренности, если он будет молчать. Сперва разрежу, а потом вычерпаю и заставлю съесть.
Если он не перестанет валять дурака.
Мартин посмотрел на тупые заусенцы по краю ложки и в сомнении покачал головой:
– Пока не нужно. Он вполне логичен. Маленькая комната – маленький Бог. С головой у него все в порядке. А в большой комнате, видимо, большой Бог?
Бали молчал, зачарованно уставившись на лавку.
– Наверное, он делает неприятности? Как ты думаешь?
Сергей хмыкнул:
– Ошибаешься. Большой Бог может делать не какиенибудь там неприятности, а исключительно Большие Неприятности.
– Конечно, – согласился Мартин. – Значит, и у нас с логикой все в порядке… Как это тут очутилось? Бали молчал. Его все больше интересовала лавка. Молчание его трудно было назвать высокомерным, но Мартин счел его вызывающим. Он дал жрецу полминуты, чтобы подумать, а потом тяжело вздохнул:
– Хэст, ваша ложка готова? Идите сюда. Но ложку применить не пришлось. Бали сломался и заговорил. Он говорил медленно, словно рассчитывал, что пришельцы испугаются страшной племенной тайны и оставят его в покое, но те только молча слушали.
Если убрать из рассказа Бали мистику и фантастику, то он сводился к следующему: несколько лет назад рядом с поселком в болото упал космический корабль. Из экипажа в живых остался только один человек. Великий Жо. Он был ранен и без
