На планете с ранним феодальным строем разбивается грузовой звездолет, контрабандой перевозивший боевых роботов. Выжившие роботы начинают выполнять последнюю заложенную программу ‘Охрана периметра’.
Авторы: Перемолотов Владимир Васильевич
какаято… Рухлядь. Руина… Светлый Космос! На каком старье летать приходится… Вернемся – все Адаму припомню!
Он брезгливо подцепил ногтем залипшую клавишу на пульте и покачал головой.
Спорить с ним не хотелось – прав был напарник, прав. Модуль нам достался списанный, латаный – перелатаный и как он выходной контроль проходит одному Богу известно. Ну, может быть и не одному ему, а еще и главному бухгалтеру компании, но чтото чудесное в этом процессе определенно присутствовало… Понять компанию можно. Она экономила деньги акционеров и на новое оборудование тратилась неохотно, но, согласитесь, такой вот казус – это уже слишком. Не увязывалось у меня в воображении в один узелок рыцари и ракеты. Глядя, как по экрану ползут цифры, подтверждающие Ченову правоту, я лениво размышлял о космических пиратах.
Ведь если воспринимать этот глюк всерьез, то никак не обойтись без присовокупления сюда космических пиратов, ибо от кого другого на этой погруженной в средневековье планете можно получить в корму ракету, да не простую, а «класса землявоздух»? Не от кого! А поскольку мы, по роду работы прекрасно знали о том, что они собой представляли, эти разбойники, то…. Глупости все это. Глупости! А чем над глупостями думать лучше уж на товарища посмотреть.
Чен наклонился над экраном, от нетерпения постукивая пальцами по клавиатуре.
Первое, что там бросалось в глаза – огромная проплешина на зеленой шкуре леса. Даже с нашей высоты она выглядела немаленькой, а уж вблизито… По всей проплешине лежали обугленные поломанные деревья, перемешанные с землей. Вычислитель модуля выхватывал корабельной оптикой обломки обгорелых деревьев, глыбы камней, кучи земли и куски разорванного железа. Солнце тут уже клонилось к горизонту, но видно было все очень хорошо.
Раздраженно косясь на продолжавшее мигать предупреждение о нападении, Чен кивнул.
– Вот он!
Теперь ошибиться было трудно. В самой середке, в самом эпицентре торчал… Нет, не корабль, а всего лишь его половина. Обломок исчислялся высотой метров в тридцатьсорок.
– Это только половина. Где остальное?
– Да где угодно, – весело ответил Чен. Его пальцы бегали по приборной доске. – Мы нашли планету и половину объекта. Скорее всего, что и вторая половина тоже гдето тут.
– Тут?
– В смысле на планете, – поправился Чен. – Раз нашли половину, то почему бы нам не найти и всего остального?
Логика у него была такая же железная, как и наша находка. Китаец просто лучился довольством. Я, наверное, тоже. Удачный рейс. Хорошая работа. В самой ближайшей перспективе – солидная премия за найденный груз и место в Истории космонавтики за открытие обитаемой планеты. От таких перспектив у кого хочешь слюни закапают.
Апприбатский лес.
Левый берег Эйбера.
По благословению Кархи демона тут не было, хотя место было как раз в пору для какогонибудь богопротивного создания. При взгляде на все это на глаза слезы наворачивались. Винтимилли помнил, что тут вроде, или гдето рядом, совсем недавно были места эркмассовой охоты, а теперь здоровенные, в обхват стволы лежали друг на друге, засыпанные щепой и смотреть на это было страшно. Зеленый лес остался позади, а вокруг вповалку друг на друге лежали стволы деревьев, куски железа и осколки камней. Он представил силу, которая совсем недавно бушевала тут, и передернул плечами. Про себя конечно, так, чтоб никто не увидел.
Люди стояли на высоком берегу и смотрели, как за рекой начинается новая полоса поваленного леса. За спиной осталась зелень, а тут похозяйничал огонь и враг.
– А если это засека?
– Да какая засека? В засеке смысл и аккуратность, а тут… Вон, поломано все…
– Не топором – колдовством…
Люди заговорили разом, вычерпывая из себя страх. Все ведь думали об одном и том же: тот, кто сделал это с матерым лесом, не постесняется сделать это и с теми, кто пришел посмотреть на все это.
– Да что тут былото? – не скрывая удивления, спросил неизвестно кого Винтимилли.
– Черт прошел, – ни мгновения не сомневаясь, отозвался Средний Брат Терпий. Сказал он это сквозь зубы, словно не говорить хотел этими словами, а плеваться. – Ибо сказано: «След его горе, след его печаль, след его беда!»
Он смотрел на другой берег изпод ладони, словно ждал подвоха оттуда, от поваленных и расщепленных стволов.
– Да мы, монах, до беды еще не дошли… – ухмыльнулся Однорукий.
– Погоди, – отозвался Брат по Вере, правильно уловив в его голосе насмешку. – Погоди, дойдешь…
Планета «Тараканий угол».
Атмосфера.
Удар обрушился на корабль внезапно. Мы словно в гору врезались, или, может быть, в гигантскую теннисную ракетку, что держал в руках местный великан. На теннисную
