На планете с ранним феодальным строем разбивается грузовой звездолет, контрабандой перевозивший боевых роботов. Выжившие роботы начинают выполнять последнюю заложенную программу ‘Охрана периметра’.
Авторы: Перемолотов Владимир Васильевич
отзовется на его родственниках.
Трульд говорил твердым голосом, но Хэст видел, что он убеждает сам себя.
– Раз они так любят друг друга, может быть, угрожая смертью одному из них, мы заставим служить нам других? Жизнь достаточно привлекательная приманка даже для колдуна. А если мы добавим к жизни золото, то приманка станет еще более привлекательной…
Хэст в замешательстве потер щеку. Не говоря ни «да», ни «нет», он сообщил Трульду:
– Золото на них не оченьто действует… Я уже проверял. К тому же они дворяне.
Тот, словно разглядев согласие в этих словах, улыбнулся:
– Любой из нас, включая Императора, предпочтет богатую жизнь позорной смерти. Не думаю, что колдуны пекутся из другого теста.
Хэст промолчал.
– Ты не сердись, – сказал тогда новый родственник. – Я там коечто приказал предпринять…
Тишину за окном разрезал певучий звук. Трульд встрепенулся:
– Это Винтимилли. Я вызвал его к Башне Трех Любовников. Он хочет видеть тебя.
…Хэст опустил факел так, чтобы пламя освещало его лицо. Винтимилли был недоверчив. Он прожил такую долгую жизнь только потому, что был недоверчив, и многое из того, что другим людям (впоследствии непременно покойникам) казалось очевидным, он не принимал на веру. Хэст по праву гордился своим вассалом. Всадники, числом около двух десятков, стояли внизу, под башней. Все, как один, были закованы в латы альригийской работы с золотистой насечкой по бокам. Факелы в руках оруженосцев отбрасывали тусклые блики на помятое боевое железо, и насечки красиво искрились, создавая ощущение прохлады. Ночной ветер раскачивал перья на шлемах командиров, окружавших Винтимилли. Лица их были сосредоточенны, словно они понимали важность того, что сейчас должно произойти. Винтимилли, выделявшийся из группы своей белоснежной бородой, привстал на стременах. Конь под ним попятился, и Хэст понял, что всадник непроизвольно сжал его бока ногами, и обученный боевой конь, как и полагалось, попятился. Хэст ждал, что Винтимилли, как это полагается, спешится, встанет на колено и обнажит голову, но тот не сдвинулся с места.
«Старый подагрик», – подумал Хэст, но, спохватившись, не пустил на лицо выражение недовольства. Вместо этого он крикнул:
– Благородный Винтимилли! Я не сомневался, что ты и твои люди выполнили свой долг!
Конь под Винтимилли чуть вздрогнул.
– Я благодарю тебя. Но теперь все закончилось. Мне больше не нужна защита. Трульд стал моим родственником. Завтра после восхода солнца я жду тебя в замке.
Он сказал все, что хотел. Теперь он хотел услышать ответ. Он пришел очень, очень быстро.
– Это морок! – закричал Винтимилли. – Колдовское наваждение! Колдун Трульда вызвал его, чтобы заморочить наши головы.
Воины заволновались. Хороший солдат не боится врага, но колдовские штучки, против которых бессилен меч, могли испугать любого. Их руки задвигались, совершая охранительные движения.
– Они держат нашего доброго хозяина взаперти, а сами подсунули нам порождение здешнего колдуна!
От удивления его брови встали домиком. Хэст был уверен, что Винтимилли узнал его.
– Ты сумасшедший! Я – это я!
– Если ты, презренный морок, скажешь, сколько зубцов на Терновой башне моего замка, то я, пожалуй, стану разговаривать с тобой дальше.
Хэст начал понимать, что старый воин явно над ним издевался. Он привстал в стременах и картинно приложил руку к уху.
– Ну, отвечай проклятый морок! Или ты думаешь, что мой благородный господин ни разу не был в замке своего верного вассала?
Хэст озадаченно молчал. Конечно, он был в замке Винтимилли, но чтобы считать зубцы на башне… Это было здорово придумано. Надо было отдать должное этому старому подлецу. Для тех, кто собрался там внизу, их курятник был исхожен и исчислен, и у них не было никакого сомнения, что все кругом знали об этом.
Винтимилли вскинул руку. Горнист прижал к губам горн. Серебряный звук взлетел в воздух. Отряд расторопно повернулся и поскакал назад, к шатрам. Чуть поотстав от группы, Винтимилли бросил Хэсту:
– Спасибо за приглашение, морок. Завтра я буду в замке. Обещаю, что тебе после этого будет тошно…
Он рассмеялся так, словно выполнил какуюто неприятную работу и теперь мог отдохнуть и развеяться.
…Трульд не посмел их разлучить, а может быть, это просто не пришло в голову. Их всех привели в богато убранную комнату.
Скованные страхом слуги положили Мартина на ложе и, почтительно пятясь на деревянных от страха ногах, удалились. В их взглядах был ужас, и Сергей видел, как спешили они покинуть комнату, где расположились чародеи.
Кроме ложа, в комнате стоял уставленный посудой стол и несколько кресел. МакКафли взглянул на
