На планете с ранним феодальным строем разбивается грузовой звездолет, контрабандой перевозивший боевых роботов. Выжившие роботы начинают выполнять последнюю заложенную программу ‘Охрана периметра’.
Авторы: Перемолотов Владимир Васильевич
что будет свидетелем чуда. Капитан чувствовал то же самое. В эту минуту он не ощущал себя командиром экипажа. Черный от горя, с глубоко запрятанной в душе надеждой, он сидел, глядя на остатки аэроцикла и на Хэста, стоявшего на коленях перед ними. У него не было сил ни встать на ноги, чтобы встретить смерть, ни уползти от нее.
За спиной Сергея скрипнуло дерево. Мартин сел рядом. Несколько секунд он сидел с полузакрытыми глазами. Сергей немного подождал и решился нарушить торжественное молчание.
– Куда полетим? Туда? – спросил он.
Мартин был погружен в себя. Он еще не освоился с тем, чем стал, и интерес к своим возможностям перемешивался с опасением не справиться с той мощью, которой он сейчас обладал. Голос Сергея вытащил его в реальный мир привычных вещей.
– Нет. Не туда. Обратно…
Он полузакрыл глаза, и створка ворот плавно поднялась над землей.
Мульп.
Окрестности промежуточной базы.
Выход из «Пыльного болота»
От рубчатой подошвы вакуумного скафандра в пыли оставался узорчатый след, который тут же заливала вездесущая тьма. При тяготении в одну восьмую гравитационной постоянной, пыль, поднятая ногами, взлетала на несколько сантиметров, но, вместо того чтобы честно упасть назад, на камни, колыхалась в пустоте, словно капля краски, в воде.
А вот темноте отсутствие тяжести помехой не было. Едва подошва ботинка отрывалась от земли, как она уже оказывалась в следу. Кузнецов несколько раз, не столько интереса ради, сколько от скуки поднял и опустил ногу, но каждый раз темнота оказывалась быстрее света. Открытие, конечно не Бог весть какое, но все же…
Сергей поискал глазами товарища.
– Эй, Чен, – позвал он. – Ты знаешь, что темнота распространяется быстрее света?
В наушниках запыхтело, мелкими песчинками ударили в мембраны какието заряженные частицы, потом из фырканья и шипения родился голос.
– А то как же. Тьма… Распространяется…
Товарищ дышал тяжело, с натугой.
– Стой, животное, куда? Да! Я, например, много чего знаю. Мне, между прочим, доподлинно известно, что солнце зайдет через двадцать минут.
Кузнецов, чуть повернув голову, посмотрел на светило. Метеоролог наверняка был прав. Сергей вообще не помнил, чтобы предсказания Чена не оправдывались, особенно, если он предсказывал чтото неприятное.
Ему следовало чтолибо ответить, хотя бы из уважения к его труду. Это Сергей бездельничал, вертел головой по сторонам и философствовал, а Чен волок за собой здоровенный контейнер. И хотя вокруг была все та же одна восьмая «же» масса оставалась массой и тут, и волок эту массу все же он, а не Сергей. Оглянувшись на близкий горизонт, Кузнецов пробормотал.
– Тут ты наверняка прав. «Кладезь мудрости» твоя фамилия!
Здешнее светило, которое по утвердившейся привычке все звали Солнцем, уже не висело над изборожденной мелкими кратерами равниной, а, казалось, вплавилось в нее, и теперь торчало изза горизонта половиной золотого имперского знака «За Атуанский поход».
От взгляда на пышущий жаром горизонт Сергею стало не по себе. Он произнес «кислород» и струйка прохладного воздуха коснулась потного лба.
Чтобы достичь места, где в изобилии встречались комфорт и кислород, им оставалось преодолеть только одно препятствие – здоровенную каменную стену. Там, на плато, понимавшемся вверх чуть ли не на триста метров, стоял новый корабль капитана Мак Кафли.
Корабль назывался «АФЕС» – подарок Академии наук от одной из старейших Земных страховых компании. Можно, конечно, было бы преодолеть расстояние до него одним рывком, но в этом он не видел ни интереса, ни авантюризма, да и двадцать минут до захода хотелось бы провести не только с пользой, но и с удовольствием. Природу следовало побороть и преодолеть, получив при этом, если возможно, положительные эмоции. К тому же…
– Эй, смотри…
Да… Он размышлял, а Чен работал.
Сергей повернулся. Коллега, перебравшись через валун, неслышно подкрался и теперь вертел перед глазами прозрачный камень.
– Что это?
Чен повернул кулак, и оттуда ударили струи чистого цвета – желтого, алого, синего… Сергей загородился ладонью и спросил безо всякого интереса:
– Кварц?
– А шут его знает… Может быть хрусталь? – ответил Чен, держа находку на одном пальце. – А может быть Тот Самый Камень?
Сергей хмыкнул. Существовала там, внизу, такая легенда. Он повертел находку в руках и вернул китайцу.
– Бриллиант бы нашел лучше… Представляешь? Бриллиант, величиной с кулак! Тогда Император точно согласился бы сразу на все…
Они разом вздохнули, подумав об одном и том же.
– Когда у него аудиенция? –
