означают. Между ним и каретой протянулось выкошенное поле, а рядом с ними – полоса кустов. На развалинах что болталось – вроде бы обрывки тряпок или большие листья – отсюда видно не было, но эти размеренные движения, почемуто рождали ощущение нечистоты и скверного запаха.
– До Эмиргергера километров пять осталось, – приободрился прогрессор. – Знаю я это место.
– Для указателя слишком громоздко, – сказал Джо. – Не находите?
– Это не указатель. Это – признак цивилизации.
Лошади темпа не сбавляли, и они неотвратимо приближались к загадке. Александр Алексеевич явно знал, что там такое стоит, а вот ни Сергей, ни Джо догадаться, что это такое не могли.
– Неужели библиотека? – спросил Кузнецов, понимая, что самое цивилизованное из того, на что может походить это строение это – развалины ветряной мельницы, захваченной и сожженной кочевниками.
– Это ристалище, – пояснил Александр Алексеевич.
– Ристалище, – эхом повторил Сергей. Слово для него было пустым звуком. – Что тут ристают? Или чем?
– Ристалище, – снисходительно пояснил Никулин, – это место для проведения турнира. Было тут недавно такое, я видел. Интереснейшее явление, между прочим, даже событие в здешней культурной жизни.
Сергей удивленно покачал головой.
– Эта узаконенная поножовщинато, событие культурной жизни?
Он неуверенно засмеялся, но, увидев, что прогрессор его не поддержал, замолк.
– И это тоже бывает. Куда ж без этого?… – согласился Александр Алексеевич. – Но этито меня как раз не интересуют… Поножовщиной, как вы говорите, занимаются самые сильные… А самые умные обмениваются информацией, политическими новостями, заключают союзы, присматривают женихов и невест. В конце концов песни, фасоны платьев… Пока у них нет не то что глобальной, но и внутриимперской информационной сети это лучшее место для внедрения новаций…
– Вам лучше знать, – нейтрально отозвался Сергей.. – Я себе это по литературе больше представляю. Наезжает одна железная башня на другую и давай друг друга бить чем попадя…
В его голосе проскользнули завистливые нотки.
– Это, кстати, тоже вопрос. После таких вот турниров по Империи расходятся новые образцы оружия, новые приемы защиты и нападения.
– А сами участия не принимали? – ухмыльнулся Джо. – Мечом помахать иногда – самое милое дело…
– Не принимал, – в тон ему ответил Никулин. – Но присутствовал. В группе самых умных, конечно.
Он кивнул на развалины.
– Вот на этом турнире я был. Меня там с Ирконом познакомили. А через него я и с Императором встретился.
– Дорого обошлось? – спросил Джо, не забывший реалий Имперской жизни.
– Неважно. Главное, что встреча все же состоялась.
– Главное, что встреча, в конце концов, хорошо окончилась… – сказал Спендайк.
– Фейерверком…
Развалины постепенно откатывались назад. Когда они скрылись за полосой кустов, из них раздались громкие крики.
– Стой! Стой! Куда правишь? Назад! Поворачивай!
От неожиданности Джо натянул поводья, и карета встала.
– Кто там? – спросил Александр Алексеевич. – Знакомые?
Он настороженно привстал, поводя тудасюда мечом.
Самих людей видно не было – только тени да силуэты. Крики смолкли, и из темноты раздался топот. Ктото догонял их.
– Да какие у нас тут знакомые? – отозвался Сергей. Он догадался опустить забрало шлемакапюшона и теперь единственный изо всех видел тех, кто так громогласно приближался к ним. – Это какието микроорганизмы из местных…
– Стой, Вислопузый!
– К нам бегут, – озабоченно сказал Александр Алексеевич, так ничего и не видевшей в темноте. Потом, развернувшись к Спендайку, спросил:
– Обычай тут такой что ли?
– Не было тут никаких обычаев, – неуверенно отозвался Джо, нерешительно перебирая вожжи. – Новые, разве что появились?
Привстав, он опустил поводья, высматривая людей, что приближались к карете. Мало ли что, может, помощь людям нужна?
– Привезли? – Спросили из темноты. – Драки не было?
– Как это не было? – ответил Джо, уже понявший, что происходит какаято ошибка. – Была драка…
– Но привезли?
Сергей хотел ответить, но тут его перебили.
– Это не они.
Испуга в голосе говорившего не было, только удивление. Откудато сзади приблизился факел.
– А каретато Вислопузова.
– Ящики где? Где воздуходувка?
Ночные незнакомцы действовали нахально и безбоязненно. За их поведением ощущалось даже не сила, а всесилие. Не было у них ни почтения к седокам, ни уважения к чужой собственности. Откинув дверцу, ктото полез внутрь, Сергей сидевший внутри не постеснялся и со всем прилежанием приложил первого,