На планете с ранним феодальным строем разбивается грузовой звездолет, контрабандой перевозивший боевых роботов. Выжившие роботы начинают выполнять последнюю заложенную программу ‘Охрана периметра’.
Авторы: Перемолотов Владимир Васильевич
успокоительное, махнул рукой.
Я не успел облегченно вздохнуть, а он не успел повернуться, как самый недоверчивый присел, раздвинул траву и ткнул рукой в злополучную веревку. Скосив глаза, я увидел, что если раньше она составляла часть огромного круга, опоясывающего лагерь, то теперь в том месте, где я за неё зацепился, она предательской петлёй прогнулась в сторону лагеря.
Самый сомневающийся присел на корточки, и протянул руку, чтоб убедиться, что меня тут нет, а тот, кому сомнения были неведомы, размахнулся копьем…
Парализатор оставался в кармане. Доставать его времени не было и поэтому сделал я единственное, что мог в этом положении – вытащил изпод себя руку с индикатором и повернул его так, чтоб они увидели его. В темноте зеленый лепесток светился словно звезда.
Замах так и остался замахом. Копье застыло, словно вмороженное в воздух. Хорошо, что хоть туземец его еще не выронил его! Чем им показался индикатор не знаю. Наверное, камнемсамоцветом.
Воины наклонились, не решаясь протянуть руку и взять сокровище. Этого мне и нужно было. Неосторожные были рядом – только руку протяни. Я и протянул.
Протянул и столкнул их головами.
Третий, которому то ли места не хватило, то ли жадности стоял чуть в стороне и успел отшатнуться, но я достал его ногой. Он охнул вполне почеловечески. Замычал от боли и рухнул на колени….
Если б их было только трое, этим бы все и кончилось.
– Справа трое и слева четверо, – раздался голос Чена. Видно дело было совсем плохо, раз уж он решился выйти в эфир.
– Возвращайся…
– Вот еще…
Левый берег Эйбера.
Лагерь Имперской панцирной пехоты.
Шум выдернул его из дремы. Рука сама потянулась к мечу, но остановилась на полпути.
Светильник еще не гасили, и Хэсту хорошо видно было, что чужих рядом нет, напротив откинутого полога стоит Винтимилли, выглядывая наружу. Он за меч не держался, стоял спокойно. Поза его говорила скорее не об опасности, а о раздраженном любопытстве. В лагере поднималась какаято суета – сквозь тонкие матерчатые стены видно было, как мелькали факелы, фонари, тусклые пятна света проползали вперед и назад, ктото неразборчиво выкрикивал слова команды. Хэст осторожно спустил ноги на пол, нащупал сапоги. На полотняной стене мелькнуло несколько теней. Мимо, бряцая оружием, пробежали воины, потом, через мгновение они же промчались обратно. Издалека в шатер залетел священный звон.
Ни о чём не спрашивая, Хэст набросил на плечи куртку и подвинул Винтимилли. Теперь и он видел то, что озадачило вассала. Вечернего спокойствия, как и не было.
Лагерь бурлил. В тумане метались люди, и недалекие голоса орали во всю глотку. Ему даже не пришлось спрашивать что случилось.
– Враг в лагере! Враг!
– Альригийцы!
– Демоны! Демоны!!
И тут же этот крик подхватил десяток глоток.
– Демоны! Демоны! Братьев сюда!
Чтото случилось.
На крик, в темноту бежали вооруженные люди. Следом за ним, обрывая веревки шатров, и то и дело, падая, спешил с десяток монахов со своими причиндалами. Последний отставал – ему досталось нести здоровенное серебряное било, в тяжелой даже на вид, деревянной раме. Как он не старался, а бесшумным ему быть не удавалось. Хэст проводил его взглядом и тут же отвлекся.
Чтото темное мелькнуло рядом. Чтото живое.
Движения вокруг было много, но это было другое движение. Движение без тела. Темнота и стремительность не дали Хэсту увидеть формы, но он сообразил, что видит движение, а не того, кто двигается. Он замер, стараясь не спугнуть беглеца. Тот тоже замер, словно почувствовал его взгляд и на несколько вздохов Хэст потерял гостя из виду. Младший из Керрольдов мог поклясться, что не сводил с него глаз. Не сводил!
Но он не видел его!
Свет словно стекал с чужака. Он казался огромной водяной каплей, принявшей по воле Кархи облик человека. Сквозь него было видно и палатки и даже только что пробежавших мимо монахов. Было видно, как устав нести било последний монах взгромоздил его на спину и скачками стал нагонять товарищей. Прыткий монах немного дрожал, словно по поверхности пробегал ветер и рябил воду, но виден был отчетливо.
– Водяной человек! Водяной демон!
Хэст вздрогнул. Винтимилли стоявший за его спиной, тоже заметил чудо. Он сделал назад пол шага, шаг и вдруг не сдержавшись, дернул Хеста назад, в шатер и заорал во весь голос.
– Водяной демон!
Туземный военный лагерь.
Палатка.
Я не понял, что он там проорал. Понял только, что испугался крикун до самого неприличия. Не понимая ни слова, я все же мог улавливать эмоциональную составляющую криков. Если раньше ничего не понимающие туземцы кричали чтото азартное, боевое, чтото вроде «Ату его!
