На планете с ранним феодальным строем разбивается грузовой звездолет, контрабандой перевозивший боевых роботов. Выжившие роботы начинают выполнять последнюю заложенную программу ‘Охрана периметра’.
Авторы: Перемолотов Владимир Васильевич
столкнулся с реальностью и посыпался обломками.
– Жалко… Газет нет, видео нет, почты нет. Ндаааа… Поди создай тут общественное мнение. Феодализм, одно слово…
Никулин прекратил жевать и смотрел на него с удивлением. Потом перевел взгляд на Джо. Тот кивнул прогрессору, мол все нормально, это он всегда так, но с Сергеем не согласился.
– Ну, почему сразу феодализм? Птичья почта тут есть.
Сергей воодушевился, мгновенно включив его информацию в свой план, потом потух.
– А толкуто? Где этих голубей ловить? Перехват невозможен… Хотя…
Он представил, как на аэроцикле с сачком в одной руке и парализатором в другой, гоняется за почтовыми голубями… Грохочет гром, свистят отравленные стрелы и молнии…
Нет. Это на крайний случай. Наверняка есть какойнибудь менее экзотический способ повлиять на Императора.
– А что б ты ему сказал, – неожиданно спросил Никулин. – Императоруто?
Егерь прищурился, на мгновение, став похожим на прогрессора, и даже кость свою полуобглоданную отложил в сторону.
– Я ведь, понимаю, добром он землю не отдать не захочет.
Сергей загнул сразу три пальца.
– Деньги предлагали – отказался. И в другой раз откажется. Нужен прессинг!
Шура слегка улыбнулся, показывая всем видом своим, что и такого пути не исключает, но вслух сказал:
– Ну… Не столько прессинг, сколько правильные слова, берущие за душу. Если ему все правильно объяснить…
Егерь кивнул, соглашаясь. За словами прогрессора все яснее и яснее протупал второй план, да еще какой привлекательный! Почти историческая костюмная драма – с переодеваниями, погонями и, возможно даже, схватками с применением холодного оружия!
– Ну, а для такого случая я бы нашел особенные слова… – Он закатил глаза. – Дождаться бы только возможности…
– А что ее ждать? Могу предоставить, как только аэроцикл прилетит, – совершенно серьезно сказал прогрессор. – Там во дворце моя «горошина» гдето осталась.
– «Горошина»? Какой марки?
– А Бог его знает… – растерянно сказал прогрессор Шура. – Тебе это важно?
Эксинженер нетерпеливо щелкнул пальцами.
– Акустически активная?
– Естественно… Стал бы я тебе другую предлагать.
Сергей довольно потер руки, и подмигнул Шуре, уже видя в нем соучастника.
– Вот чтото и просвечивается… Один канал давления уже есть…
Про свою кость он уже забыл и, подхватив со стола кусок пирога, быстро зажевал.
– Сейчас посидим, покушаем и придумаем еще чтонибудь… А потом, что придумали в жизнь воплотим!
Прогрессор Шура, никак не ожидавший такого напора покачал головой.
– При чем тут вы? Это моя работа! Мне ее и делать…
– Мы же и не собираемся делать ее за вас, – сказал Джо. Его улыбка источала добродушие. Прогрессор недоверчиво покачал головой.
– Слава Богу! А то я уже испугался грядущей безработицы…
– Нечего вам ее бояться. Работа ваша, вы ее и делайте. Только не один, а вместе с нами.
Он не сказал как. Туземец с соседнего стола выходя толкнул его и Всезнающий едва не прикусил язык.
Глядя в удаляющуюся спину, Джо потер свою и пробормотал.
– Паразит!
…Момул не спеша поднялся изза стола, оставив как полагается, монетку за выпитое вино. Можно, конечно, было и не оставлять ничего – все съеденное и выпитое шло в общий счет, за который платил брайхкамер, а точнее никто не платил, но не хотелось ему, чтоб те, кто сидел рядом посчитали его за постояльца или завсегдатая, имеющего у хозяина корчмы долговой счет. Пусть уж лучше считают его случайно зашедшим. Случайного человека всегда меньше опасаешься – встретился, разошелся вот и все дела. А сосед… Сосед совсем другое дело. У соседа ты на виду. И совсем не важно, что это за сосед – то ли тот, что живет рядом, то ли тот, с кем вместе на ярмарку едешь, то ли тот, кто за спиной сидит, винцо попивает…
Он шел не спеша, хотя ногам хотелось рвануть вприпрыжку.
Как всетаки загадочно жизнь устроена! Идешь за печенкой, а получаешь в руки тайну, над которой и мудрецы и Старшие годами бились и не нашли ничего, только лбы порасшибали.
Ну и печенку, конечно то же получаешь… Куда ж без нее?
Не зря! Ой, не зря Просветленный говорил, что чужая глупость всегда есть ступень к собственному возвышению! Ее только усмотреть следует и правильно ногу поставить.
Окрестности Имперского города Эмиргергера.
Корчма «Шестнадцать пальцев»
Второй поверх.
Огонек на кончике фитиля мигал, то ли тужась вырасти с ладонь, то ли наоборот, трясясь от страха, что масло кончится и он сгинет в безвестности. Эйтель поднял светильник, встряхнул, прислушался. Там слабенько плеснуло.
– «И правда мало» – подумал Эйтель. – «Когда заправлялито?»
