На планете с ранним феодальным строем разбивается грузовой звездолет, контрабандой перевозивший боевых роботов. Выжившие роботы начинают выполнять последнюю заложенную программу ‘Охрана периметра’.
Авторы: Перемолотов Владимир Васильевич
одного стала бить крупная дрожь. Винная смелость пришла и ушла, и ночной страх в их душах вновь поднимал голову, леденя кровь. Старший Брат переглянулся с Мовсием, покачал головой. Бесполезно.
– Идите.
Они не ушли. Убежали.
Когда дверь за ними закрылась, Иркон сказал, чтоб оправдать их.
– Они не сбежали. Стояли до конца. Подняли тревогу, вызвали десятника. Он говорит тоже самое. Два слова до самого рассвета…
– Колдовство, – твердо сказал Император. – Чужие демоны лезут к нам!
Слова посланца дьявола, принявшего образ душевного друга Айсайдры Еноха, что он слышал ночью, становились явью.
– Все может быть гораздо проще, – остановил его Верлен. – Может быть, нет никаких демонов, а есть хитрые люди. – Надо посмотреть стены. Простучать каждую. Может быть за другими зеркалами свои ходы, а мы и не знаем…
Он сам шагнул к ближней стене, но тут раздался звук, заставивший вздрогнуть каждого.
Звук начался с тонкого писка, в несколько мгновений ставшего густым гулом, а потом и голосом. Стражники не солгали – в нем и впрямь не было ничего человеческого, но это был именно голос. Мовсий не мог ошибиться. Он ухватился за рукоять кинжала и Иркон встал рядом, прикрывая императорскую спину. Несколько мгновений было тихо, потом за их спиной раздались ритмичные удары в ладоши – Старший Брат, чью спину никто не прикрывал, начал охранительную пляску. Во второй раз они были уже готовы и звук не вызвал ничего, кроме внутренней дрожи. Теперь он был высок, как визг и осыпал холодной крупой спины людям.
– Аклайское чудовище! – шепотом сказал Черет, не переставая двигать ногами и прихлопывать руками. Кровь бросилась ему в лицо, и оно побурело. Это не было страхом. Мовсий видел страх монаха. – Так кричит чудовище… В круг, братья, в круг! Вера защитит нас! Тень руки его над нами!
– Надо же, – произнес непонятно откуда взявшийся человеческий голос. – Чудовище… Да ты, брат, фантазер и выдумщик!
Голос наполнял мощью весь зал. Воздух вздрагивал, словно хотел превратиться в ветер. Казалось, что это говорит великан, который вотвот наклонится и заглянет в одно из окон.
– «Какое там чудовище?» – подумал Мовсий. – «Это чтото похуже! Это колдун, или Бог купца! А может и сам Пега!» Кинжал уже покинул ножны, и Император поводил острием из стороны в сторону. Против Бога это было бесполезно, но если это всетаки колдун…
– О! Император!
Мовсий вздрогнул. Оставаясь невидимыми, колдуны видели их! Кинжал чуть опустился. Не для того, чтоб нырнуть в ножны, а для того, чтоб выцелить врага и точнее ударить. «Точно колдун! – подумал он. – Станет Бог ко мне так обращаться!» – Кто зовет меня?
Старший Брат набрал в грудь воздух, чтоб объяснить Императору кто его зовет, но тот ухватил его за плечо, заставив поперхнуться воздухом. После ночного разговора Мовсий ждал чегото такого. И бегущие звезды и купецколдун все это было подступом к чемуто, что он должен был понять, но так пока и не понял. Не в драконах и не в земле было дело. Чтото другое стояло на кону, может быть даже его душа…
– Кто это?
– Я – один из товарищей Айсайдры Еноха, твоего знакомого купца с Островов Счастья.
Мовсий вспомнил Эвина в его колдовском костюме и на всякий случай взмахнул кинжалом. Колдун мог находиться и рядом с ним, оставаясь невидимым. Воздух пропустил лезвие и сомкнулся за сталью, так и не встретив препятствия на пути.
– Нам не нужны колдуны! – крикнул вдруг Старший Брат. – Поди прочь, дух!
Он бы не остановился, но Мовсий отбросил его к Иркону и тот не плечо, а горло сжал монаху. Брат дернулся, пытаясь вырваться, только не получилось у него. Голос на выкрик не обратил никакого внимания. Он продолжил, обращаясь только к Императору.
– Почему ты упираешься как ребенок? Если ты согласишься, то станешь богаче, и наши Боги останутся довольны. А они, скажу откровенно, мстительны и ревнивы…
– Бог один! – прохрипел Старший Брат. – Остальные демоны!
Он извивался, лишний раз подтверждая изречение Амбеса «Вера – страшная сила»! Гнев давал ему ее, но и Иркона Карха силой не обделил. Казначей локтем зажал горло монаху, но тот всхлипами пытался участвовать в разговоре с невидимкой.
Мовсий нахмурился. Голосневидимка забывался.
– Ты нам грозишь? – спросил Иркон, верно истолковав излом Императорской брови. – Ты смеешь нам грозить?
Старший Брат забился в его руках словно крупная рыбина. Глаза выкатились, и пузыри слюны окружили губы. У него тоже было что сказать, только не получалось никак…
– Что ты, что ты, благородный Иркон. – с едва заметной издевкой голос отказался от своих слов. – Как я могу сметь говорить от имени Богов? У них своя воля, свой нрав… Просто я знаю их привычки…
– Я
