На планете с ранним феодальным строем разбивается грузовой звездолет, контрабандой перевозивший боевых роботов. Выжившие роботы начинают выполнять последнюю заложенную программу ‘Охрана периметра’.
Авторы: Перемолотов Владимир Васильевич
свои голоса. Это продолжалось несколько мгновений. На обитателей обрушился ужас, но они еще не понимали, что произошло. Через мгновение душащий их страх обрел форму. Людям показалось, что стены вокруг шатаются и вместе с небом готовятся обрушиться на землю.
– Сейчас побегут, – сказал Сергей, считая про себя секунды. – Пятнадцать процентов мощности… Хватит с них. Пять, четыре, три…
Предсказание сбылось.
Вопли стали ближе, и из дворца повалил народ. В едином порыве из дверей выплескивались и разбегались по двору туземцы – знатные и не очень, вооруженные и безоружные, мужчины и женщины…
Ужас уравнял всех. Безучастными к происходящему остались только лежавшие во дворе монахи, да те двое, что продолжали плясать в фонтане.
Видя это, Сергей захохотал.
– Плохие шутки, – хмуро сказал Александр Алексеевич.
– Какие там шутки? – возмутился Сергей. – «Жесточайший прессинг по всему полю», как сказал бы любой маломальски разбирающийся в своем деле спортивный комментатор. Должен же он, наконец, понять, что с нами шутки плохи?
– А если б кто покалечится?
– Я ж говорю: очень удобно – окна узкие. Проще добежать до выхода, чем выпрыгивать.
Имперский город Эмиргергер.
Императорский дворец.
Двор.
Скулы свело, словно он хлебнул прокисшего вина.
Хотелось чтото сделать, но злость и растерянность мешались в Императоре, не давая принять нужное решение.
Он стоял во дворе, а из дворца слышался хохот колдунов, праздновавших победу. Непонятно откуда взявшийся ужас пропал, рассыпался, истаял. Мовсий передернул плечами от отвращения к самому себе. Колдовство! Этим колдовством его выгнали из дома. Как собаку. Гнев волной поднялся в нем, но он не поддался чувству, которое уже подвело его сегодня, а сел на бортик фонтана. Ужас вымел из дворца не только его. Все, кто был в Зале Совета, стояли рядом.
– Что это мы? – спросил Иркон, придя в себя. – А? Чего это мы испугались? Мы ведь и не такое видывали!
– А что ты видел? – с интересом спросил Мовсий.
– Ято? – Иркон вздохнул. – Ничего я не видел.
Верлен добавил.
– Да и никто тут, по моему, ничего не видел.
Отвечать ему никто не спешил. Черный Ужас, только что занавесивший перед ними весь мир, исчез. Попрежнему светило солнце, стены дворца стояли незыблемо и прочность их не вызывала сомнения и даже монахи, что лежали под кустами остались на месте. Мовсий обернулся проверить так ли это и улыбнулся.
– Смотрите!
Верлен и Иркон обернулись. Старший Брат всетаки победил колдовство! А может быть на святых людей, оградивших себя молитвой и пляской, оно подействовало слабее. Во всяком случае, Черет уже сидел и ощупывал себя, проверяя, не прибавилось ли в нем чтонибудь за то время, пока душа его пребывала в лапах злых колдунов. Видно было, что его еще сковывает слабость, но глаза смотрели вполне осмысленно. В несколько шагов Император оказался рядом.
– Живой? – спросил он, присаживаясь прямо на песок. – Как там по другую сторону колдовства?
– Темно, – негромко ответил Черет. – Ничего хорошего в их колдовстве нет.
Он смотрел мимо Императора, кудато в сторону.
– Эй, – сказал Иркон и помахал у него перед лицом растопыренными пальцами. – Эй! Слышишь нас? С тобой Император разговаривает!
Старший Брат медленно кивнул, так и не отведя взгляда. Мовсий и сам тогда повернулся, чтоб посмотреть, что там такого интересного углядел монах.
Брат Черет смотрел на фонтан, точнее на последних двух Братьев, что продолжали пляску.
– Всетаки вода, – прошептал он. – Всетаки вода!
Имперский город Эмиргергер.
Дворцовая крыша.
«Лагерь злоумышленников».
Александр Алексеевич опустил бинокль.
– Хорошо, что не сбежал. А то ищи его… Вообще эти эксперименты с инфразвуком…
– Какие эксперименты? Все просчитано! Пятнадцать процентов мощности! – Сергей не стал развивать этот разговор. – Да и что его искать? Прикрепим к нему личного «шмеля» и все…
– Что плохо в дилетантах, так это то, что они не знают очевидных для профессионала вещей, – все еще хмурясь, сказал Александр Алексеевич. – «Шмелей» нужно собрать для подзарядки. Отзывай их, давай. Пусть уж Император пока без конвоя ходит.
Сергей погрустнел.
– Что, прямо сейчас?
Александр Алексеевич кивнул.
– Жаль, – сказал Кузнецов. – У меня тут коекакие интересные мысли появились…
– Придется подождать.
Прогрессор поскреб подбородок. Процесс, безусловно, шел, однако шел он както не так и не в ту сторону. Из работы Сергей сделал для себя развлечение. Это, может быть, было бы и не плохо, если б, в конце концов, привело к подписанию договора, однако чтото не рвался
