На планете с ранним феодальным строем разбивается грузовой звездолет, контрабандой перевозивший боевых роботов. Выжившие роботы начинают выполнять последнюю заложенную программу ‘Охрана периметра’.
Авторы: Перемолотов Владимир Васильевич
стереотипов, – покровительственно сказал прогрессор. – Возможно, что он даже не еще и не узнал, что там у вас произошло. На наше счастье информация тут распространяется медленно.
– И все же рано или поздно это произойдет.
– Разумеется. Император узнает об этом первым, а я – вторым. Едва это произойдет, как я оповещу вас. Лично ты узнаешь обо всем третьтм.
Дурбанский лес.
Опушка.
Монах и безбожник не дошли до леса нескольких десятков шагов. Они остановились перевести дух, перед тем как войти в неведомое – страшное для одного и любопытное для другого.
Отношение к лесу было написано на их лицах.
Лицо монаха было отрешенно и бледно. Лицо же Шумона выражало лишь скептическую настороженность. Большая дорога, та, по которой в лес пытались войти войска эркмасса, осталась далеко в стороне. Шумон считал, что идти по ней бессмысленно – опыт военных походов эркмасса наводил именно на эту мысль, к тому же по плану Хилкмерина выходило, что к болотам можно было пройти более коротким путем.
Собственно дороги там не было. Старый охотник дал только направление и неясное напутствие – «дня через два дойдете».
Не вполне уверенный в брате Таке, Шумон поставил дело так, чтобы Дьявол, если он вдруг заинтересуется двумя бедными путниками, первым попался на глаза ему, а не монаху. Уж на кого, на кого, а на себя он надеялся.
Последнее время, лет шесть, а то и больше, он уже не помнил точно, больше всего в жизни его интересовали два вопроса: в чем тайна полета и суть Саарского инцидента. До прошлого года его еще интересовал и третий вопрос – о природе нечистой силы, но его он успешно разрешил в упомянутой Старшим Братом Атари книге «Степень приближения», собственноручно написанной им во время работы в Императорской библиотеке.
Уже потом, позже, правда, выяснилось, что в книге он выстроил для себя изящную логическую ловушку, на которую и указывал в недавнем разговоре глава Гэйльской общины: развенчивая логические выводы и свидетельства очевидцев Братьев по Вере в пользу существования Дьявола он сам не мог привести иных доказательств, кроме опять же логических, ибо не существование чеголибо нельзя доказать фактом.
Обычно явления нечистой силы происходили гдето далеко и когда слухи об этом достигали Гэйля чтолибо предпринимать было поздно – как объясняли Братья, приспешники Пеговы не любили задерживаться на одном месте подолгу и поэтому Шумон очень надеялся, что в этот раз ему улыбнется удача, и логические построения подтвердятся самым недвусмысленным образом.
Через несколько мгновений они двинулись вглубь леса.
Первым, спиной вперед, пятился Младший Брат Така не переставая бормоча молитву, а в двух шагах позади него, придерживая монаха за пояс шел сам бывший Императорский библиотекарь. Первые два поприща они прошли без приключений. Они шли, не разговаривая друг с другом, лишь изредка Шумон негромко направлял брата Таку в нужную сторону.
Чем дальше они уходили от опушки, тем спокойнее становился монах. Вскоре он уже перестал вздрагивать от каждого шороха и начал спотыкаться.
Прошло время, и они миновали ту часть леса, куда еще иногда заходили окрестные жители. Исчезли пеньки и следы порубок. Лес помрачнел. Мощные деревья возносились вверх, кронами загораживая тяготеющее к горизонту солнце. Все теснее и теснее обступаемые деревьями они все чаще обходили поваленные стволы и купы кустов. Дороги не было, но можно было хотя бы определиться с направлением. Охотничий домик эркмасса, судя по всему, был еще далеко и времени, чтобы дойти до него дотемна им могло не хватить.
Они присели на упавшее дерево. Шумон молча, а монах со вздохом облегчения.
– Ну и где твоя часовня? – спросил Шумон у него.
– Часовнято на месте, – ответил монах, – да где мы?
– Вот именно это меня и интересует.
Брат Така разминая затекшую шею крутил головой. Посмотрев вверх, он задумчиво спросил сам себя:
– На дерево разве влезть?
В это время ветер донес до них ослабленный расстоянием грохот. Чистый, тягучий звук протек над ними и растаял в зелени деревьев. Путники встрепенулись.
– Часовня? – спросил Шумон.
Брат Така отрицательно мотнул головой, настороженно вслушиваясь в ветер.
– Нет. Это из города, из Карцерной башни.
Вытянув голову, монах ждал повторения и после второго удара расплылся улыбкой, но тут в шум ветра неизвестно откуда залетел еще один звук – тонкий, едва слышный свистящий шелест. Был он тих, но и Шумон и брат Така поневоле обратили на него внимания – звук был совершенно не знаком.
Брат Така вслушался, и лицо его сморщилось. Это отчасти походило на звук, издаваемый ручной мельницей. Похоже, но не то. Металл скрипел по металлу,
