На планете с ранним феодальным строем разбивается грузовой звездолет, контрабандой перевозивший боевых роботов. Выжившие роботы начинают выполнять последнюю заложенную программу ‘Охрана периметра’.
Авторы: Перемолотов Владимир Васильевич
сказать, что на 100 % уверен в будущем?
Давид промолчал.
– Ну, конечно же, нет! – продолжил Сергей. – Ведь его еще нет! Да что там «будущее»! Мы и в прошлом не уверенны. Единственно, что сейчас есть, так это настоящее… Давай в нем и останемся.
– Через 100 лет их потомки скажут нам спасибо, что мы сохранили драконов, сберегли их от истребления, – Возразил Давид.
– А еще через 200 лет, возможно, проклянут за то же самое, – парировал Сергей. Давид замолчал. Профессор переводил взгляд с одного на другого, и кивал с таким видом, словно отдавал инициативу в руки Сергея.
– Это вопрос вероятности, – добавил Кузнецов. – Вероятно и то и другое.
– Хорошо, – вдруг согласился Давид. – Я так понимаю, что ты за то, что бы оставить аборигенам выбор? Они сами должны выбирать сами?
– Конечно!
– В таком случае нужно, что бы у них остался предмет выбора.
– То есть? – не понял Сергей.
– Драконы. Они должны прожить еще как минимум 300 лет, чтобы их потомки нынешних туземцев могли решить, нужны им они или нет?
– Они сами уже чьито потомки, – ответил Сергей. – Решать можно в любой момент… Не совершить бы непоправимого.
Изза угла показался сам Игорь Григорьевич. Давид шагнул ему навстречу.
– Шеф! Одну минуту… Мы тут спорим, кто имеет право на решение. Мы, как более умные, или они, как хозяева?
Игорь Григорьевич посмотрел на раскрасневшиеся лица.
– Вообщето право на решение имеет тот, кто готов нести ответственность за его последствия, а что касается всего остального… Вы смотрите только с двух сторон. С нашей, и с Имперской… А есть еще и третья сторона.
Он пальцем провел по притолоке, собирая пыль.
– Да. Есть еще и третья сторона. Драконы не их и не наши… Простите за выспоренную фразу. Драконы принадлежат Вселенной… И не нам и не им решать исчезнут они или нет. Целый вид… Я бы на себя такой ответственности не взял.
Он посмотрел на Давида, явно ожидая возражений, но тот молчал. Тогда Игорь Григорьевич удовлетворенно кивнул и обратился к Сергею.
– А вы, Сергей как освободитесь – зайдите… У меня для вас маленький сюрприз.
Никто ему не возразил и прежней задумчивости Игорь Григорьевич прошествовал дальше.
– Вот она диалектика, – сказал с легкой завистью Сергей, когда спина начальника скрылась за поворотом.
Давид согласно покачал головой.
– Вот голова у шефа… Не голова, а…
Он тряхнул рукой, подбирая подходящее слово.
– Два головы, – сказал тогда профессор Никитин. – А то и две с половиной…
Сергей кивнул.
– Вселенная… Это тебе не наши масштабы – «от озера до леса».
Заповедник «Усадьба».
Кабинет Главного Администратора.
Кабинет Главного Администратора был элегантно пуст. Пара стульев да стол – шеф любил разговоры с глазу на глаз. Зато по стенам кабинета чего только не висело – алебарды, пращи, ножи. Вся база знала о горячей страсти шефа к холодному оружию.
Одну из стен кабинета занимала карта Дурбанского леса с обозначенной тонкой желтой нитью границей заповедника. На её зеленом фоне несколько огоньков стояло неподвижно, а коекакие медленно перемещались вдаль границы.
Шеф молча смотрел на карту. Вошедший Сергей присоединился к нему. Ему было о чем сказать, но он не решился нарушить молчание.
– О чем вы там беседовали?
– Обсуждали нравственные аспекты нашего нынешнего существования, – улыбаясь ответил Кузнецов.
– В каком разрезе?
– В разных.
– И о захвате земли тоже?
– Тоже, – согласился Сергей. Шеф хрустнул пальцами.
– Я слышал слово «непоправимое».
– Коекто считает, что, пытаясь избежать одного непоправимого, мы совершили другое непоправимое
– А что думаешь ты?
– Я считаю, что беспокоиться нет смысла. Если Земля прикажет уйти – мы уедем, – успокоил его Сергей.
– Уйдем, – согласился Игорь Григорьевич, – но прецедент останется…
Он оторвался от карты, повернулся к нему.
– А ты чего такой улыбчивый сегодня? Дел что ли нету?
– Дел – как грязи на болотах. Тут другое… Вы говорили, что у вас есть сюрприз для меня. Так вот у меня тоже есть сюрприз для вас.
Игорь Григорьевич кивнул на кресло. Сергей уселся, переплетя пальцы. Улыбка все еще блуждала по губам.
– Ну, и что? Что еще у нас тут произошло? – вздохнув, спросил Шеф. Сергей покачал головой, формулируя свое беспокойство.
– Да есть тут проблемы научного свойства….
Шеф поднял бровь.
– Научного?
«Не все ж ему меня озадачивать, – подумал Сергей, – вот я его…»
– Да. Есть трения среди ученых. Новый мир не знает своего имени.
Шеф, человек трезвый и практичный и непривыкший к поэтическим иносказаниям, да и не ждавший их
