На планете с ранним феодальным строем разбивается грузовой звездолет, контрабандой перевозивший боевых роботов. Выжившие роботы начинают выполнять последнюю заложенную программу ‘Охрана периметра’.
Авторы: Перемолотов Владимир Васильевич
Григорьевича. Тот, сжав пальцы в кулаки, неотрывно смотрел на экран. У Давида замерло сердце. Он не успел ни о чем спросить Главного Администратора, как Эркмасс сделал шаг вперед. Что толку было в вопросах, если все ответы вотвот должны были обозначиться сами собой?…
В помещении висела темнота, плавали клубы дыма. Откудато издали слышался ритмичный топот. Словно почувствовав, что нужно объяснить, что это такое Старший Брат сказал.
– Братья неустанно пляшут с тех пор, как его привезли.
Через головы пляшущих клерикалов Игорь Григорьевич увидел, что огражденный от монахов живым пламенем нескольких костров на стене ктото висел.
«Сергей! – екнуло в груди – Ведь Сергей же….»
Сердце тревожно сжалось, а эркмасс, чуждый сантиментов и волнений, быстрыми шагами уже не слушая Атари пошел вперед.
– Пока братья пляшут он почти безопасен, но ближе подходить не советую.. – быстро сказал Старший Брат, догоняя его. Эркмасс остановившись в десяти шагах смотрел на пойманного без испуга, скорее со злобой. Распятый в ответ затрясся, заревел нечеловечески и дернулся вперед.
Игорь Григорьевич смотрел на прикованного, и никак не мог сообразить Сергей это или нет. Издалека тот был похож на егеря, но вот вблизи…
Не выдержав напряжения, Главный Администратор, спросил, не отрывая взгляда от экрана:
– Ну, он это или нет?
Давид промолчал. Принять за Сергея то, что висело на стене, было невозможно. Хотя это явно был человек… Когдато… Во всяком случае, там висел ктото человекообразный.
– Если принять во внимание, что здешние пытки могут сделать с человеком… – осторожно начал он, но эркмасс все испортил.
Неожиданно он выхватил меч и шагнул к Пегову посланнику. За его спиной Старший Брат поднял руку, и несколько братьев бросились к эркмассу.
– Прочь, отродье… – заревел градосмотритель.
Игорь Григорьевич сперва не понял, чего хотят монахи. Сначала ему показалось, что их порыв направлен на то, что бы защитить эркмасса, но в суматохе проглядывала система – монахи не просто суетились. Они мешали эркмассу подойти ближе к пленнику.
– Что это они? – спросил Главный Администратор. – Чтото там не так…
Эркмасс тоже понял, что чтото тут не так. Он пинками расшвырял монахов и прямо сквозь огонь прыгнул к стене. Перед ним взметнулось высокое пламя, но эркмасс не обратил внимания на огонь и в два шага достиг пленника. У него за спиной ктото заорал…
Каким бы могучим не был здешний Дьявол, но у его помощника нервы оказались послабее, чем у сюзерена. Пегов помощник вдруг соскочил со стены и, звеня цепями, шарахнулся в сторону, подальше от эркмассова меча.
– Убью! – заорал эркмасс. Игорь Григорьевич и Давид переглянулись недоуменно. Эркмасс Гьёрг явно понимал больше них. – Порублю! Никакой пощады…
Пегов помощник рванулся в одну сторону, в другую, запутался в цепях и упал. Почувствовав, что смерть нависает над ним острием меча, он заорал вполне человеческим голосом:
– Пощады эркмасс… Пощады!
Шеф облегченно вздохнул. Отвернувшись от экрана он вытер лоб.
– Это не Сергей!
Что там произойдет дальше, его не интересовало.
– А где же он тогда? – совершенно некстати спросил Давид, кося глазом в экран.
– Хороший вопрос. Правильный… Осталось только найти того, кто знает ответ. И как можно быстрее.
Тизиранские горы.
Лагерь фальшивомонетчиков.
Холод стал его первым чувством.
Несколько секунд кроме него не было вообще ничего – ни звуков, ни света, ни запахов. Обретя сознание, Сергей еще не обрел мира, в котором ему предстояло жить. Мысли даже не плавали в нем словно ленивые рыбы, а пока только всплывали кверху брюхом. Ему показалось, что он погребен под глыбами черного льда. Вздрогнув от ужаса, он задергался и открыл глаза…
Мускулы век напряглись, сделав свою работу, но пользы это ему не принесло никакой. Темнота вокруг осталась темнотой, более темной, чем беззвездная ночь. Холод, что окружал его, был и в голове. Он сковал мысли, превратив их в замороженных лягушек. Както отстранено он подумал, что ослеп и провел ладонями по лицу. Тупая боль возникла в плечах и он почувствовал, что кожа на лбу стала мокрой и по щекам побежали струйки влаги.
Сразу вслед за этим пришел звук текущей воды и настоящая боль.
Ледяной иглой она пронзила тело от шеи до пояса и осталась там, напоминая о себе с каждым движением. Холод унимал ее, но долго так продолжаться не могло.
«Свет!» – захотелось сказать ему, но губы не послушались. Он ощутил себя парализованным, сжатым темнотой. Древний, слепой страх заживо замурованного человека всколыхнулся в нем, но егерь взял себя в руки.
«Я мыслю, следовательно, существую…»– подумал Сергей. –
