На планете с ранним феодальным строем разбивается грузовой звездолет, контрабандой перевозивший боевых роботов. Выжившие роботы начинают выполнять последнюю заложенную программу ‘Охрана периметра’.
Авторы: Перемолотов Владимир Васильевич
пальцами горло другой рукой отыскивая на себе перевязь, оставшуюся у разбойников. Благородный рыцарь едва сдержал приступ рвоты.
– Он растерзал их… Всех… На моих глазах… Ужас, ужас…
Казалось, страх выпил его силу. Он покачнулся и, не удержавшись, сел в траву. Пересилив слабость в ногах, Шумон подскочил и, взяв за руки, попытался поднять его, но Коррулунана мешком упал назад.
В замешательстве монах и безбожник смотрели на него, не зная, что предпринять. Погоня, разбойники, чудовище – все перемешалось в их головах. Из этого состояния их вывел громкий шум на другом конце поляны. Услышав его, Коррулунанна неожиданно резво повалил Шумона и монаха в кусты.
– Ложись! – в его голосе они почувствовали силу приказа и поспешили его исполнить.
– Что это?
– Это ОНО! – сказал рыцарь страшным голосом. – Молчите.
Уже подготовленный страхом рыцаря, Шумон всмотрелся в темноту и, наконец, увидел неведомого зверя. Такого он еще не видел, но именно о нем, похоже, рассказывали герои, глубже всех забравшиеся в лес. Монах дернулся, собираясь, видно, совершить охранительную Пляску, но рыцарь навалился на него и удержал на месте. Какимто неведомым чувством Така понял, что это верно, что и плясать бесполезно и хвататься за пращу бессмысленно. Зверь, похожий на ночной кошмар, не спеша прошествовал множеством своих конечностей по поляне и вновь скрылся в лесу,
– Надо уходить, – деловито сказал рыцарь. – Если мы останемся тут – нас постигнет участь разбойников.
Он посмотрел на звезды и вытянул руку.
– Город там. На северосеверовостоке. Надо идти.
– Я с ним никуда не пойду, – твердо сказал брат Така.
Коррулунанна вопросительно посмотрел на него.
– Удавить его да бросить тут, а то с ним пойдешь, так и не заметишь, как в лапах у Дьявола окажешься…
Он наклонился к книжнику и с явной издевкой спросил:
– Или опять скажешь, что мне показалось?
– Ты не с ним, со мной пойдешь, – оборвал его рыцарь. – Не разговаривать! За мной!
Шумону повторять не пришлось. Он первым вскочил, показывая, что готов идти дальше. Брат Така скрипнув зубами последовал за ним. Страх и злоба клокотали у него за щеками.
– Молчи! – прикрикнул на него Сергей. – Чудовищу все равно кого жрать. Для него, что мясо разбойника, что книжника, что Брата по Вере – все едино… Кто останется – пропадет!
Брат Така нахмурился, упрямо выпятил подбородок..
«Они передерутся», – подумал Сергей – «Что делатьто?»
Монах глядел зверем. Шумон тоже, но его зверь был явно слабее.
«Ладно, пока идут, не до этого будет, а там чтонибудь придумаю. Усыплю, в конце концов…»
Шумон шел молча, вскоре смолкло и бормотание монаха. То есть ругаться он не прекратил, но теперь в его злобном шипении слышалось не только имя безбожника, но названия кустов и деревьев.
Ночной лес сделал свое дело. Путь через него был нелегок и, пройдя около полутора километров, Сергей понял, что так дальше продолжаться не может. Ломать комедию дальше он уже не мог.
То есть казаться испуганным, дрожать и затравленно оглядываться по сторонам – это пожалуйста, а вот продираться сквозь матерый лес, попадать в ямы и влетать в муравейники битком набитые злющими муравьями – извините. И когда впереди замаячил просвет в тени деревьев, он направился туда, рассчитывая дождаться рассвета. Спутники, оглушенные прошедшим, ни о чем не спрашивая, отправились за ним. Найдя на поляне поваленное дерево, рыцарь опустился на него, и несколько минут сидел молча. Монах и Шумон подошли и встали рядом.
– Садитесь.
Они сели.
– Хлебните отсюда..
Он достал из одежды флягу и протянул монаху. Они приложились, сделав по большому глотку странного вина. Внимательно глядя на них, и словно дожидаясь чегото, Коррулунанна медленно сказал:
– Дождемся утра здесь. Теперь, я надеюсь, им до нас не добраться.
Он подобрал несколько сломанных веток, и не спеша начал разжигать костер. Шумон хотел расспросить рыцаря о многом, но тот завернулся в плащ и, казалось, уснул, оставив книжника наедине с монахом. Шумон приготовился к его ругани, но неожиданно услышал ровное сопение. Брат Така спал. Без еды и оружия, под открытым небом безбожник чувствовал себя неуютно, однако и он вскоре погрузились в сон.
Дурбанский лес.
Место ночлега.
Проснувшись, Шумон не поспешил раскрыть глаза. Во всем теле переливалась прозрачная легкость, словно предощущение готового вотвот наступить рассвета. От вчерашней усталости не осталось и следа. Лежа он вслушивался в дыхание своих соседей, пытаясь определить, спят те или нет. Рыцарь дышал глубоко и спал спокойно, а монах всхрапывал и чмокал губами.
Не переставая вслушиваться,
