На планете с ранним феодальным строем разбивается грузовой звездолет, контрабандой перевозивший боевых роботов. Выжившие роботы начинают выполнять последнюю заложенную программу ‘Охрана периметра’.
Авторы: Перемолотов Владимир Васильевич
твоей?
Сергей наблюдал за разговором с все более возрастающим интересом. Назревало чтото необычное. Было видно что брата Атари понесло. Он стоял перед бегающим эркмассом сверкая глазами. Явно ведь понимал, что разговор сворачивает кудато в другую сторону, но не удержался и добавил:
– Твое скотство вошло поговорку! Я уж не говорю о твоем отношении к Братству!
– Моё скотство? – возмутился эркмасс. Рука его легла на кинжал, но он опомнился и, усмирив свой гнев, язвительно сказал.
– Если ты знаешь, что народ говорит о моем скотстве, то не можешь не знать, что говорят о твоем!
Он сел перед оставшимся стоять братом Атари. По лицу его было видно, что сейчас он доставит себе большую радость, в которой долго и несправедливо отказывал.
– Твои монахи! Что не брат, то обжора и пьяница. Попомни мои слова – когданибудь они прожрут твой монастырь. Или, что еще вернее, снесут его в ближнюю корчму!
Брови Старшего Брата поползли вверх. Он, похоже, не ждал такого энергичного ответа.
– А о тебе, Старший Брат, и говорить не приходиться. Нет! – Эркмасс тонко улыбнулся. – Вином ты не злоупотребляешь. Но твоя страсть к роскоши так же не позволяет мне причислить тебя к уважаемой мной когорте отшельников и аскетов, столь любезных твоему сердцу… Как хорошо звучат в твоих устах слова о стремлении к бедности, когда ты говоришь их перед братьями, а что делаешь сам?
Сказанного с обоих сторон было уже достаточно и можно было бы остановиться. Цель оскорбить Старшего Брата эркмасс уже достиг – тот стоял бледный, с подергивающимся лицом, но словно ктото тянул его за язык и эркмасс бросал в это бледное лицо оскорбление за оскорблением.
– А о твоих отношениях с подругами моей жены я так же говорить не стану. И не потому, что мне нечего сказать. Напротив. От того, что это займет слишком много времени!
– Братство! – провозгласил эркмасс. – Щит от бедствий, данный вам Кархой для защиты народа и Императора, вы превратили в ширму, за которой предаётесь всем известным порокам.
Эркмасс разошелся не на шутку. В напряженной тишине было слышно, как скрипят его перстни о рукоятку кинжала.
– Сейчас он его зарежет? – предположил ЧенЛиЮнь. – В кинжальной школе «Журавля» есть один хороший удар, как раз из такого вот положения. Почти без замаха.
– Не знаю, – несколько невпопад ответил ничего не понимающий Сергей. – Вряд ли. Посмотрим.
Несколько секунд они еще грозно смотрели друг на друга, но Старший Брат вдруг улыбнулся и спокойно сказал:
– Друг мой, есть ли смысл нам повторять слова клеветников, слова, которым мы сами не верим?
Предложение пришлось как нельзя кстати. Эркмасс, почувствовавший наконец, что он зарвался, взял себя в руки.
– Да, да. Конечно, ты как всегда прав, брат Атари. Зачем изза какихто сплетен терять нашу дружбу?
Дальнейший разговор дошел совсем в другом ключе. Более всего он напоминал разговор старых добрых друзей. Выплеснув в споре напряжение последних дней, собеседники стали осторожны и осмотрительны. Эркмасс больше слушал. На вопросы Старшего Брата отвечал уклончиво и, наконец, видимо, утомившись, свернул разговор, сославшись на дела.
Запись кончилась, но Сергей остался сидеть, изредка яростно скребя себя по голове.
– А все же жаль, что они не подрались, – сказал ЧенЛиЮнь. Прямо из кресла он подпрыгнул и нанес несколько ударов воображаемому противнику. Погруженный в размышления Сергей только рукой взмахнул да невпопад ответил:
– А вот откуда им это знать?
Он крутил разговор то в одну, то в другую сторону, прикидывая можно ли извлечь из него чтонибудь полезное. Например, сведения о местонахождении Шумона.
Для него, живущего в обществе, избавленном от необходимости лгать, уверенность Старшего Брата могла иметь только одно объяснение – точное знание ситуации на болоте. Однако Сергей уже неплохо разбирался в психологии людей так похожих на его собственных предков и понимал, что эти слова могут быть ложью, подпитывающей какуюто интригу.
«Откуда у него такая уверенность?» – подумал он. – «Неужели они вернулись? Не может того быть! Шумон так просто не отступит. Не для того же они сбежали от меня, в конце концов..»
Нет. Если б они хотели уйти в город, то ушли бы вместе с ним. Сергей развернул кресло и уставился на карту заповедника. Он разглядывал зелёный массив изрезанный голубыми ниточками рек потом перевел глаза вверх. Там лес кончался, и начинались горы.
Он повернулся к ЧенЛиЮню.
– Послушайка, Чен. Как ты думаешь, где проще перейти стену? В лесу или в горах?
Чен прищурился, оценивающе разглядывая карту.
– Кто пойдет? Абориген?
– Да местные. Их двое.
– Значит, придется снисходить, –
