Долететь и … Тетралогия

не касалось.
– Каким бы ты там не был умным, – пробормотал прогрессор, – а с техническим оснащением у вас тут все же послабее, чем у некоторых…
Он опустил лицевой щиток, и тьма вокруг расточилась. Она, словно бы застыдившись, передумала быть злой и коварной, раскрасила себя в легкий розовый цвет и отступила на десяток шагов.
– Информцентр, дать готовность! – скомандовал прогрессор.
– Готов! – отрапортовал вычислитель.
– Радиус безопасности – десять метров. Предупреждать о наличии в радиусе безопасности биологических объектов.
Цент мгновенно ожил.
– В радиусе безопасности в настоящий момент….
Александр Алексеевич, вглядываясь в пустой вроде бы коридор, остановил его, догадываясь в какую сторону сейчас занесет вычислитель. Он вспомнил рассказ Сергея о том, как чудил вычислитель в прошлый раз, когда он и Чен шел выручать его самого.
– Стоп. Корректирую вводные. Предупреждать о туземцах типа «стражник» и животных массой более двух килограммов.
– Принято.
Ну, ейбогу в голосе вычислителя сквозило разочарование.
Коридор впереди не только казался пустым, он и был им. Осторожно поглядывая под ноги, прогрессор двинулся вперед.
Первого проникателя они обнаружили через пять шагов. Точнее Шура сперва услышал скрип, а уж потом вычислитель, соблюдая понятие радиуса безопасности, отрапортовал о туземце типа «стражник» весом в пятьдесят семь килограммов четыреста тридцать граммов.
Поняв, что так скрипит сгибаемый в дугу лук, Шура остановился.
Проникатель стоял в напряженной позе, вскинув лук и что характерно, стрела была направлена прямо в грудь прогрессору. Александр Алексеевич присел на корточки, тихонько щелкнул пальцами и страж отпустил тетиву. Стрела ударила в стену за прогрессором и рассыпалась.
Можно было бы прямо сейчас, не сходя с места, парализовать ретивого туземца, но делать этого прогрессор не хотел. Парализованный он стал бы указателем, что ктото чужой бродит по подвалам, а ему хотелось бы как можно дольше оставаться незамеченным.
Шура нащупал под ногами кусок стрелы и бросил ее в сторону. Лук еще раз скрипнул и под этот скрип прогрессор обошел проникателя. Несколько шагов он пятился, ожидая привычного звука сгибаемого дерева, но обошлось.
Два других стояли еще в десятке шагов. Шура оглядел их. Эти выглядели куда как менее воинственно. Не было у них ни луков, ни копий. Только палки размером больше человеческого роста. Сперва он принял изза копья, но, приглядевшись, понял, что обознался. Больше всего они походили на старинных дворников, застывших в ожидании, что вотвот прошуршит гдето рядом какаянибудь бумажка, и тутто они и бросятся на нее…
Он медленно приблизился, ловя на лицах с закрытыми глазами какоелибо движение. Лица стражей были безучастны. На них не было даже скуки, только внимание.
Он не понял, почему вдруг в воздухе родился тонкий, певучий звук. На долю секунды прогрессор остановился и присел, оглядываясь, но тут же ему стало не до этого. Над головой прошелестел воздух. Ещё не сообразив что произошло, Шура откатился вбок, но и там не обрел покоя. Только что неподвижно стоявшие стражи махали палками, что два вентилятора, перегораживая весь коридор.
Они не видели его, но как оказалось, глаза им и не были нужны.
Раз! Тяжелый шест, метивший прямо по голове пролетел мимо – Шура успел увернуться, бросившись на пол.
Два!
Второй шест полетел навстречу, как раз поперек его движения.
Он оперся рукой на пол и, перевернувшись, ударил ногами по стене. Через мгновение он стоял на ногах, но шум уже показал туземцам, где он находится. Этого оказалось достаточно, чтоб на него обрушился град ударов. Прогрессор вскинул разрядник – чего уж там таиться, коли уж так дело повернулось, но правый какимто замысловатым движением задел по стволу и разрядник вырвало из рук Александра Алексеевича. Прогрессор охнул от боли – шест ударил под колено. Подбитая нога на удержала его, подвернулась, и он упал на пол. Испуга не было. Только удивление происходящим. Эту мысль и выбил из его головы шест, обрушившийся на затылок.
Замские болота.
Заповедник «Усадьба».
Кабинет Главного Администратора.
– Успеем ли?
В голосе Давида явно проступало сомнение, но он не хуже Игоря Григорьевича понимал, что сделать это придется. Придется успеть.
Словно прочитав его мысли, Игорь Григорьевич процитировал когото:
– «Из всех искусств для нас важнейшим является кино». Понятно? Придется успеть…
– А люди?
– Люди, люди… – поскреб затылок Директор. – Диму вон Зингера возьми и… Ладно. От сердца отрываю. Бери на это дело всю группу Андрея Попова.
– Всех? – не