На планете с ранним феодальным строем разбивается грузовой звездолет, контрабандой перевозивший боевых роботов. Выжившие роботы начинают выполнять последнюю заложенную программу ‘Охрана периметра’.
Авторы: Перемолотов Владимир Васильевич
тут же прикрыл ему спину, а второй, забежав вперед, открыл дверь.
Они ушли в темноту, оставив узников думать о своем бедственном положении.
Императорский дворец.
Подземная тюрьма.
Пыточная.
Света оставшегося в пыточной факела не хватало, чтоб осветить всю комнату, и Александру Алексеевичу виден был только Император. Едва дверь закрылась, как угрюмое выражение на его лице сменила довольная улыбка.
– Рад тебя видеть, Айсайдра! Я надеялся на тебя! Знал, что придешь!
Довольно искренне прогрессор Шура согласился с ним. Встреча все же, как ни крути, была знаменательной. Или обещала стать таковой…
– Рад слышать это, государь.
– Не у всякого воина хватило бы смелости прийти сюда, к своему Императору и так хитро поддаться злодеям.
– Я не воин. Я – купец… – пробормотал Шура, оставляя без комментариев вопрос о том кто кому поддался.
– И Император ему чужой.. – донеслось со стены. – У него, наверное, свой Император есть, заморский… Верно, ведь?
Шура присмотрелся. В темноте никого не было видно. Звук шел от стены, на которой висел почти невидимый пленник. Мовсий повернулся к нему.
– Айсайдра не из тех, кого ты видел на болотах, из других… Он мой добрый дух. Он за нас!
Шура не понял, что Мовсий имеет ввиду, но тот и не дал ему разобраться в своих мыслях. Император задергался на стене, пытаясь вырвать штыри из стены. Конечно же ничего не вышло. Словно растратив на это остатки сил Мовсий повис на цепях.
– А теперь давай, делай то, за чем пришел – спасай нас.
Глядя на Императора, прогрессор так же напрягся. Его цепь оказалась ничуть не хуже, Императорской, она натянулась, но не порвалась. Собственно он на это и не рассчитывал. Глупо было рассчитывать, что его прикуют цепью, которую так легко можно порвать. Зато плечо свое он проверил. Ни перелома, ни вывиха. Это хорошо…
Император, однако, глядел требовательно.
– Легко сказать…
– Ну так и скажи, раз легко… Ты колдун или нет?
– Колдун он, колдун! Только у них колдовство особое… – раздался чейто голос. – Они колдуют, если только у них руки свободны…
– Кто это у нас такой умный? – спросил Никулин. – Назовись хотя бы, раз подойти не можешь. Не видно же ничего…
– Почему не могу? Могу…
К удивлению прогрессора, в пыточной их оказалось не трое, а четверо. Он подумал, что слышит голос прикованного, но вместо этого темнота перед ним раздалась, и появился четвертый узник. Никулин прищурился, потом головой тряхнул, прогоняя наваждение. Появление этого человека тут было чудом, вызовом здравому смыслу.
– Хэст Маввей Керрольд…
Шура не закончил фразы, но Хэст кивнул.
– Я сразу понял, что ты из друзей Господина Благородного Егеря.
У Шуры мелькнула язвительная мысль, на счет того, что люди в «невидимках» тут попадаются не так часто, и что гадать тут особенно нечего, но он отбросил ее и всетаки закончил фразу.
..здесь?
Маввей вполне почеловечески пожал плечами, но ничего не сказал. Прогрессор посмотрел на Императора. Тот внес ясность.
– Благородный Хэст Маввей Керрольд как мог противился козням Трульда и поэтому имеет честь разделить наше заточение…
Тот кивнул, подтверждая слова Мовсия.
– Поторопись. Если мы не успеем, то нам будет плохо…
Когда все кругом торопятся, самое время остановиться и подумать что делать. Не всегда торопливость приводила к тому, на что нацелился. Иногда она, вкупе с советами доброжелателей, заводили совсем в другую сторону. В ту, где играет печальная музыка.
Шура не стал торопиться.
Больше всего то, что происходило, походило на какуюто детскую засаду, на рояль в кустах. Родственник и соучастник главного злодея в самый ответственный момент оказывается там же, где и Император и вдобавок предлагает свои услуги. Раскаявшийся грешник? Да бывают ли такие на свете?
Они смотрели один на другого, кажется, понимая друг друга, и Хэст добавил:
– Я думал, что все будет иначе… Трульд зашел дальше, чем мне позволяет дворянская честь.
Он мог обманывать или ошибаться сам, но было одно, в чем Шура был уверен не меньше Хэста – времени у него совсем не было. Приходилось рисковать.
– Хорошо. Раз тебе верит Император, читающий в сердцах своих подданных, то, что остается делать бедному чужестранному купцу? Только верить Императору…
Хэст серьезно кивнул, но прогрессор еще не закончил..
– Но ты должен понимать, что ни я, ни Император не на столько глупы, чтоб поверить тебе до самого конца. Мы с тобой не встречались, но Господин Благородный Егерь рассказывал о тебе коечто…
Он смотрел, ища в его лице смущение или страх, но Маввей слушал спокойно.
– Ты знаешь, чем обычно заканчиваются
