На планете с ранним феодальным строем разбивается грузовой звездолет, контрабандой перевозивший боевых роботов. Выжившие роботы начинают выполнять последнюю заложенную программу ‘Охрана периметра’.
Авторы: Перемолотов Владимир Васильевич
голову и с тем же раздражением добавил:
– Да и кто знает, чем тамошние дворяне занимаются… Может, с косой ходить – у них самое дворянское занятие…
Император пропустил глупость меж ушей. Монах – что с него взять? Пусть и умный, но монах…
– Скорее уж это оружие.
– Или изображения их Богов.
Император не ответил. Это и в самом деле могло быть чем угодно. Племена на недавно отвоеванных окраинах империи, куда еще не успели добраться Братья по Вере и стать там твердой ногой, вообще поклонялись связанным палкам и даже запахам.
– Да. Советчики из вас… Позовитека Шумона.
Ждать пришлось недолго. До библиотеки эркмасса, в которой императорский библиотекарь пропадал почти все время, было рукой подать. Кубки не успели опустеть, как он встал около стола и поклонился новому Императору.
– Аааа! Шумон. Мы тут спорим. Нужен твой ум…
– Он всегда при мне, – серьезно сказал библиотекарь. – И всегда в твоем распоряжении.
Рукава его серебрились книжной пылью. Император махнул рукой, и монах протянул ученому таинственный лист.
– Посмотри на них. Что скажешь?
Шумон подошел к окну. Он посмотрел лист на свет, понюхал зачемто и только после этого стал рассматривать.
Сдерживая смех, Эсханхе ткнул локтем в бок Мовсия.
– Ученый…
– Какая она красивая! – невпопад сказал книжник.
Мовсий Эмирг взял листок из его рук и посмотрел на женщину. До сих пор ему было както не до нее. Он все больше обращал внимания на рыцарей. Женщина, даже девушка была не просто красива. В ней было чтото гордое, то, за что женщину стоило любить. Только ведь слышать такое от библиотекаря… Может не зря про него и про императрицуто… Он тряхнул головой. Нет. Чепуха… Отец не допустил бы.
– Ах ты бабник…
Он посмотрел на портрет другими глазами.
– А ведь явно из благородных.
Изза спины поддакнул Верлен.
– Да. Лицо умное, кожа гладкая… Не простая женщина.
Мовсий повернулся к Старшему Брату.
– А что говорят в народе?
– Говорят, что это дочь Императора Севера. Эти двое похитили ее и теперь требуют выкуп. А папаша готов отдать половину империи.
Они замолчали, все вместе глядя на незнакомую женщину.
– Где хоть она, эта империя? – спросил Верлен. – В какой стороне?
– Говорят за морем… – ответил Шумон, не сводя глаз с женщины. – Правда я о такой и не слышал….
Император проследил за его взглядом и некоторой досадой сказал.
– Кто бы об Отечестве чтонибудь хорошее сказал. А то у вас все хорошее за морем… И бабы и Империи…
– Ну что ты, Твое императорское величество… И жители Империи и славное и преданное тебе рыцарство….
Император вздрогнул и взмахом руки прекратил словоизвержение Верлена. Старший Брат воспользовавшись тишиной сказал:
– Нет тут правды…. Сказки народ плетет.
Верлен, чувствуя раздражение Императора, сердито повернулся к монаху.
– Почему это – «сказки»? Что, если не по твоему, то сразу и «сказки»?
– Мои дознаватели работали – концов не нашли. Не знаю кто подбросил, как… Один в лесу нашел, другой – в реке выловил… А раз так – нет за этими словами правды.
– Покажи, что на базаре собрал.
Нехотя Старший брат достал изпод полы шкатулку и поставил перед Императором. Он пальцем поддел крышку, не касаясь высыпал рисунки на стол. Они были неотличимы друг от друга. На каждом тот же рыцарь и та же благородная дама в фамильных драгоценностях. Теперь, после того, что он узнал о ней, она привлекала его куда больше.
– Что думаешь?
Мовсий покосился на Кори. Тот ответил сразу.
– Это приманка.
– Для меня?
Эркмасс смутился.
– Нет. Для тех, кто попроще.
Он ткнул пальцем в ожерелье
– Посмотри на драгоценности на этой даме. Половина наших рыцарей туда полезет туда только изза них… Я уж не говорю о возможности породниться с этим самым Северным императором…Ктото хочет нас ослабить.
Мовсий понял, помрачнел. Золото заставляло двигаться любое дело. А если к золоту еще и прилагалась дочь императора… Тут у многих верных слуг могут глаза на лоб вылезти.
– Надо срочно собрать все эти изображения и забросить их к Альригийцам. Может быть там дураки найдутся, тоже изза этой красотки к ним полезут…
Кори, оторвав взгляд от портрета, добавил.
– И надо усилить охрану дороги. Пусть наших отлавливают, и возвращают назад. Людей нам терять незачем. В лес вперед пусть ходят только наши лазутчики.
Правый берег Днепра.
«Солнечная корона».
Одна радость – у туземцев, кажется, всетаки выработался условный рефлекс.
После того случая, когда я подбросил им листовку, они перестали лазить в лес. Я думаю, что поняли, что ничего из этого не выйдет и прекратили напрасные
