Роман о медсестре, которая соглашается помочь своему ослепшему в аварии новому боссу, хотя он именно тот, в кого она была влюблена много лет назад, девочкой, и которую он тогда жестоко обидел.
Авторы: Тарлинг Мойра
ответила Кейт, не зная, как понимать его вопрос.
– Ты всегда читаешь нотации своим пациентам?
–Только тем из них, кто этого заслуживает. А ты еще хочешь обедать? – поинтересовалась она, решив переключиться на другую тему.
Кейт взяла поднос и поставила его Маршу на колени, но прежде чем успела отойти, доктор схватил ее за руки. Она ахнула, как от ожога, чувствуя, как их обоих охватывает какое-то странное, хмельное и возбуждающее напряжение.
Марш подался вперед, теперь их лица разделяли считанные сантиметры. Кейт ощущала щекой его дыхание, вдыхала знакомый запах мужского тела, запах, сводящий ее с ума, пробуждающий в ней такую страсть, которую не мог вызвать ни один другой мужчина.
– Я бы так сказал, – протянул Марш глубоким и звучным голосом, от которого у нее подкашивались колени. – Ты дала мне пищу для размышлений. – Он рассеянно погладил большим пальцем запястье Кейт, приведя ее в еще большее смятение.
– Отлично, – ответила девушка хриплым от волнения голосом. В ней просыпалось желание, которого она не чувствовала слишком давно. Близость Марша и его прикосновения взволновали ее до глубины души, разожгли в ней пламя, охватившее каждую частичку ее существа.
За последние дни ей довольно часто приходилось близко общаться с Маршем. Кейт обязана была проверять его швы, помогать переодеваться и менять повязку на руке, и каждый раз при виде его сильного мужского тела ее охватывало возбуждение.
Как ни пыталась она сохранять дистанцию между медсестрой и пациентом, ей все труднее было бороться с желанием взъерошить его густые темные волосы, поцеловать поджатые губы или погладить загорелые, широкие плечи.
Кейт даже радовалась, что Марш не может ее видеть. Но замечает ли он ее возбуждение?
– Пойду проведаю Сабрину, – сказала она, желая освободиться.
– Давно пора. – Девушка едва не вздохнула от облегчения, когда Марш отпустил ее руку. – Именно за это я тебе и плачу.
– Ты прав.
– Забери поднос. Я не голоден.
Кейт без возражений схватила поднос и бросилась к двери.
Марш несколько долгих секунд ждал, пока схлынет ярость. Его все еще трясло после едких слов медсестры, но у него хватило мужества признать ее правоту. Он не находил оправданий своему эгоистичному поведению и нежеланию общаться с собственной дочерью.
Да, за эти несколько лет ему пришлось пережить немало ударов судьбы, и последний оказался самым сокрушительным. Но он же все-таки взрослый мужчина! Ему тридцать семь лет, а значит, он гораздо лучше подготовлен к жизненным трудностям, чем невинная и беззащитная пятилетняя девочка.
Он погряз в жалости к себе, дожидаясь, не слишком терпеливо, пока вернется его зрение, и вымещая растущее раздражение на Сабрине и Кейт. Да уж, образцовым пациентом его не назовешь. Но Кейт выполняла свои обязанности без единой жалобы. До сих пор. Она устроила ему нагоняй лишь потому, что он несправедливо обошелся с дочерью. И у нее было полное право сердиться.
Авария перевернула его жизнь вверх дном, заставила забыть о главной цели возвращения в Кинсайд. Но вопреки данному себе обещанию наладить отношения с Сабриной, он продолжал отталкивать ее от себя. И если он и дальше будет зациклен на возвращении зрения, то навсегда останется в тупике, в который сам себя загнал.
– Кейт? Сабрина? – крикнул Марш, выходя из ванной комнаты. Ему послышались голоса в коридоре.
После ухода Кейт он целый час потратил на исследование своей спальни и измерение расстояний в шагах между кроватью и дверью во всех возможных направлениях. Теперь Марш знал расположение каждого предмета в комнате. Он несколько раз спотыкался и сбросил с комода пару безделушек, но довел свое дело до конца. Зато сейчас он чувствовал себя гораздо увереннее. А после того, как принял душ, и вовсе пришел в восторг от своих успехов. Впервые после приезда на ранчо Марш почувствовал себя человеком.
Кейт легонько постучалась в комнату Марша. Ей было стыдно за свою вспышку и хотелось убедиться, что все в порядке.
– Кейт? Это ты? – спросил Марш, открывая дверь.
– Да, – удивленно ответила она.
На мгновение ей показалось, будто к нему вернулось зрение. Марш смотрел прямо на нее, и у нее сердце зашлось от испуга.
На нем был махровый банный халат, а его волосы казались влажными и растрепанными.
– Сколько времени? – вопрос Марша прервал неловкое молчание.
– Половина восьмого.
– Сабрина спит?
– Да, я только что…
– Хорошо. Входи. Нам нужно поговорить. – Его голос был очень серьезным, и у Кейт душа ушла в пятки. Неужели он собирается ее уволить?
Марш шагнул назад, затем повернулся и, на глазах у приятно
