Долгие дороги сказок [авторский сборник; СИ]

Гном намек понял. По тому как сверкали глаза и раздувались ноздри Керра, почуявшего свежую кровь, было ясно — девушке не стоит смотреть на «уборку». Он, со всей деликатностью, отцепил рыжеволосую помощницу городской провидицы от шеи дракона, взял ее за руку и осторожно обходя ловушки, повел по узкой тропе.
Передав Чарду, по пути они познакомились, на попечение деревенских баб, Гмар поспешил обратно — его дежурная смена еще не закончилась. О девчонке можно было не беспокоиться. Бабы ее отмоют, накормят-напоят, в общем, живой из рук не выпустят. Глир оседлал хасса и поехал за Хозяйкой к пещере Карегара.

Темная тень, на мгновение, накрыла Чарду, прикорнувшую в плетеном кресле, установленном в яблоневом саду. Громкие хлопки крыльев заставили ее поднять непослушные веки — от сытной каши со специями и кусками разваренного мяса тянуло в сон. «Золотистый прилетел», — подумала девушка, но рядом с садом приземлился другой, черный как смоль и размером с дом, дракон. — «Сколько их здесь?». За всю жизнь она не слышала столько сказаний про Владык небе, сколько увидела их сегодня. С шеи черной громадины легко соскользнула стройная женская фигурка. Эльфийка!
— Здравствуй дитя мое. — Рау царственно присела на край второго кресла, принесенного домочадцами пока она шла через сад. Установив его, они тут же исчезли будто их и не было. Следом за эльфийкой между деревьев осторожно пробрался черный дракон. «Настоящая Хозяйка!» — отметила про себя Чарда, вставая с кресла и сгибаясь в глубоком реверансе. Она видела сотни высокородных дворянок, но до Хозяйки им всем было как ослу до породистого скакуна. — Сиди, не надо вставать. Как зовут твою бабушку? Это ведь она послала тебя?
— Да, Госпожа. — девушка поклонилась опять, она не могла заставить себя сесть. — Бабушку зовут Енира, но она не любит это имя.
— Енира…— Рау сцепила пальцы рук в замок и повернулась к дракону. — Ты помнишь? — в ответ тот смежил веки. — Значит старая Енира еще жива. Дай мне письмо.
Чарда вытащила из лифа тубус и протянула его эльфийке. Достав из него тонкий лист бумаги, Рау углубилась в чтение. В небе мелькнула крылатая тень, на краю сада приземлился, сверкая на солнце чешуей и сотнями радуг, золотистый дракончик. Сложив крылья, яркая картинка тут же померкла, он пошел по следу черной громадины, но на половине пути захрипел, резко поднялся на задние лапы, раскрыл крылья и рухнул спиной на землю, словно эпилептик забившись в падучей и сбивая хвостом молодые деревца. Эльфийка вскочила с кресла и кинулась к нему, письмо упало на землю. Черный дракон развернулся назад, сломав мощным хвостом еще несколько яблонь.
— Полана! — перестав биться и выплевывая из пасти черные сгустки крови, крикнул молодой дракон. Не обращая внимание на бегущую к нему женщину и сносящего яблони черного, он перевернулся на живот и, оттолкнувшись от земли всеми четырьмя лапами, взмыл в небо. — Я лечу!
— Когда девчонка была у вас? — подскочила к Чарде Рау, миндалевидные глаза эльфийки метали молнии.
— Три дня назад, бабушка вышвырнула ее из шатра и сразу отправила меня к вам.
— Тарг! — выругалась Хозяйка долины, схватила бумагу и одним слитным движением взобралась на шею черного дракона. — Карегар, лети за ним! Я накинула на Керра метку.
— Что с ним? — пробасил Карегар.
— Что? Они были вместе с Поланой, понимаешь! Мерзавка, захотела получить силу и стала ларгой! Енира пишет, что ее сегодня убьют, похоже уже убили! Керр все почувствовал на себе… Проклятая связь, он знает где она.
— ЧТО!? — взревел дракон. Мощный порыв ветра от взмаха громадных крыльев бросил на землю Чарду, перевернул кресла и поднял старые листья с травой. Сад опустел, переломав треть деревьев, драконы улетели.

Вигрэль, со злости, пнул труп охранника каравана. Чертовы торговцы, не захотели сдаваться и дрались словно везли камни для весов Хель. Ничего, богиня и без камней их души взвесит. Рау потер правую щеку с выведенной татуировкой — изгою клановая метка не положена, и поддел носком сапога бездыханное тело молодого мальчишки, застрелившего из арбалета Мигу Три Пальца. Всего торгаши убили у него четверых и ранили двоих, на ногах осталось девять человек. Слишком большой размен за взятие каравана из семи подвод и убийство десяти торговцев с охраною..
Пока главарь ходил проверять посты наблюдающих с обеих сторон караванной дороги, пятеро разбойников потрошили подводы и кибитки.
— Ты глянь, какая краля! — Минг, здоровенный одноглазый мужик со шрамом от рубящего удара меча наискосок через левый глаз и до мочки левого уха, за ноги выволок из последней кибитки тело красивой девчонки в кожаном